Делаем ставки на винтаж

Делаем ставки на винтаж

24 февраля 2010
На примере одиозного урожая бордо 2000 года Сандро Хатиашвили доказывает: не всегда громкий миллезим стоит оказываемого ему внимания. Винтажи, ставшие предметом помешательства многих, – сомнительная заслуга журналистов, которые должны как-то отрабатывать свой хлеб и быть на шаг впереди паровоза с сенсацией о «новом великом» или «очередном провальном» урожае. Лучший пример подобной ситуации – история, случившаяся совсем недавно. Бордо. 2000 год. Урожай миллениума, который всего через шесть месяцев, весной 2001-го, критики поспешно объявят одним из лучших миллезимов ушедшего века. Если судить по совокупности баллов, полученных винами ведущих замков, то год был буквально лучшим из всех, что пришлись на историю современной винной критики. Роберт Паркер, который, как известно, начинал с Бордо и до сих пор явно отдает ему предпочтение, поставил восемь стобалльных оценок бордоским винам 2000 года. То, что такой впечатляющий результат попал на рубеж тысячелетий, всеми было воспринято как нечто символическое. Вокруг урожая начался массовый психоз. Виноделы и бордоские негоцианты очень удачно воспользовались круглой датой и благосклонностью природы в маркетинговых целях. Цены были взвинчены до предела. Но уже пять лет спустя пришло сознание того, что миллезим оказался атипичным, непредсказуемым и неклассическим для Бордо. Лето-2000 в Бордо было необычно жарким. Виноград набрал максимум концентрации и мощи, фруктового экстракта и танинов. Но впоследствии оказалось, что эти вина созревают слишком быстро, что для бордо Grand Cru, «рассчитанного» на выдержку в течение 30-70 лет, отнюдь не является благоприятным. Многие виноделы также оценили миллезим неправильно. Отталкиваясь от погодных условий и ожидая совсем уж титанической концентрации вин, они выбрали для выдержки новые дубовые бочки с высокой степенью обжига, настолько, что многие из этих вин не смогли противостоять воздействию серьезно обожженного дуба, и во многих сейчас наблюдается дисбаланс из-за агрессивных древесных нот и чрезмерное обилие кофейных тонов. В мире вина все относительно. Оно непредсказуемо по своей природе. Поэтому любые предварительные оценки, сколько бы авторитетные критики их ни давали, по своей сути сравнимы с умозаключениями игроков на скачках, на основании которых они делают ставки на того или другого скакуна. Это, конечно, не совсем лотерея. Наметанный глаз позволяет правильно оценить предпосылки. Предварительные оценки бордоским урожаям обычно ставятся на основе сопоставлений с тем, как развивались вина похожих по метеорологическим условиям лет. Но такого года, как 2000-й, еще никогда не случалось, так что сравнить его не с чем. Этот урожай – темная лошадка: станет ли он фаворитом, как и атипичный 1947-й, или споткнется на первом повороте? С одной стороны, уже сейчас большинство из бордо-2000 можно пить. Да, в них ощущается небольшой недостаток кислотности, но с другой стороны – общая фруктовость и танинность настолько велики, что говорить об огромном потенциале все-таки можно, но – без гарантий. А именно этого многие и ожидают от «миллезимок». Например коллекционеры. Страсть к коллекционированию вина во многом основана на игре с миллезимами. Как только наиболее уважаемые критики обнародуют свои мысли насчет молодого урожая, коллекционеры и торговцы начинают делать свои ставки. На основании их интереса во многом и формируются цены. Итак, ставки сделаны. Проходит несколько лет, и вина начинают показывать себя. В последующие 5-10 лет после урожая все напряженно наблюдают за развитием событий. Обычным любителям вина, которые не закупают его ящиками для длительного хранения, а предпочитают брать уже выдержанные вина, подобные игры – ни к чему. Зато им могут пригодиться табличные оценки старых миллезимов, которые все же гораздо ближе к истине, чем оценки недавних урожаев. Покупать в ресторане бордо 2000 года или бургундское 1996-го только на основании того, что журналисты объявили «великий миллезим», не нужно. А вот информация о том, что клареты 1946 года были слишком слабы, чтобы прожить 60 лет, тогда как бордо 1945 года все еще великолепно, может оказаться полезной. Источников, из которых можно почерпнуть подобные сведения, отнюдь не много. Не то чтобы таблицы винтажей не имели отношения к действительности, но они, как правило, а) слишком поспешны; б) слишком поверхностны; в) используются не по назначению, то есть читатели делают из них неправильные выводы. Так что читайте справочники. Я советую карманный гид Wine Vintages Майкла Бродбента, одного из старейшин британского винного рынка, который в свое время создал винное отделение аукционного дома Christie’s и первым занялся изучением гигантских винных коллекций в старинных английских замках, которым их владельцы не знали цены. По некоторым регионам Бродбент дает подробные описания урожаев более чем за 100 лет. Конечно, еще существуют бюллетень Wine Advocate Роберта Паркера и рейтинги журнала Wine Spectator. Оба источника хороши тем, что дают оценки не винтажам в целом, а конкретным винам. Но оба появились менее 30 лет назад. Оценки вин более старых в архивах этих изданий тоже есть, но отнюдь не исчерпывающие. Кстати, оценка в баллах сама по себе еще ничего не значит. Обязательно читайте комментарии по каждому вину, чтобы выбрать то, которое максимально соответствует вашим вкусам.

Заблуждения о миллезимах

У каждого вина бывают плохие миллезимы, которые надо избегать, как огня. Это не так. Уважающие себя производители не выпускают свои топовые вина в провальный с точки зрения погодных условий год. Если вам попалась бутылка вина с явными дефектами, винить надо не год, а винодела. Вывод простой: при выборе вина нужно отталкиваться не от абстрактной оценки урожая, а от информации о производителе. Вина великих миллезимов всегда хороши. С точки зрения потребителя, великий миллезим отличается от остальных только тем, что в случае с ним есть определенная гарантия: вина этого года проживут максимально долго. Почти всегда такие «потенциальные долгожители» требуют более долгой выдержки перед тем, как их можно будет начинать пить, по сравнению с винами «средних» урожаев. Сейчас почти бессмысленно пить вина «великих» урожаев, случившихся позднее 1990 года: они еще не раскрыли в полной мере своего «величия». Таблицу миллезимов нужно держать при себе, чтобы правильно заказывать вино в ресторане. Таблицы миллезимов нужны коллекционерам, когда они покупают вино, рассчитывая выдерживать его 10, 20, 30 лет. Но в этом случае пользуются, конечно, не «миллезимками», а более серьезными источниками, в которых даются оценки не регионов в целом, а конкретных вин. В ресторане же оценка миллезима – последний критерий, о котором стоит задумываться. Главное – это сочетаемость с едой и производитель. Если известно, что в таком-то регионе такой-то винтаж был плох, вина этого года из этого региона вообще не следует покупать. Напротив! Они могут оказаться выгодным приобретением. Правда, не для выдержки. Дело в том, что, если в какой-то год в каком-то регионе случился настоящий природный катаклизм, и виноград был испорчен, хорошие виноделы не выпускают свои топовые вина, но оставшийся урожай с их лучших виноградников используется для более дешевых вин. Например: Castello di Nipozzano в Кьянти, принадлежащее Marchesi de’ Frescobaldi, делает топовое кюве Montesodi и «базовое вино» Nipozzano Riserva. В 2002-м году из-за жары пополам с ливнями и градом Montesodi было решено не выпускать, но виноград с выдающегося терруара, который должен был пойти на него, был использован для Nipozzano Riserva 2002. Вино сразу же получило 90 баллов в Wine Spectator – и это при стоимости чуть больше 20 евро! Если миллезим по погодным условиям был средним, великих вин в нем быть не может по определению. Помимо того что погодные условия вообще следует принимать в расчет только по отношению к конкретному винограднику, а не к региону в целом, существует еще и «фактор ассамбляжа». В регионах, где делаются ассамбляжные вина из нескольких сортов винограда, довольно часто для одного сорта год оказывается удачным, а для другого нет. Поэтому по каждому конкретному вину этого региона придется учитывать еще и пропорцию между удачным или неудачным сортом. Урожай 1998 года в Бордо из-за ливней в конце сентября был провальным для каберне совиньона. Мерло же в этом году собрали чуть раньше, поэтому вина с большей долей мерло получились отличными. При этом средняя оценка урожая, которую вы найдете в «миллезимках», не особенно высока. Миллезимы имеют значение только в случае с классическими винодельческими регионами Европы. Действительно успех тех или иных урожаев зависит от терруара. Там, где климатические условия стандартизированы, там нет того уникального комплекса факторов, которые нужны для великого вина. В тех широтах, где все это есть, и погода, как правило, бывает капризна. Конечно, есть некоторые регионы Нового Света, в которых всегда тепло. Здесь легко делать хорошие вина «супермаркетного» уровня. Великим же винам нужен сложный комплекс условий. Впрочем, сегодня уже очевидно, что уникальные терруары встречаются и в Новом Свете.
  • 24 февраля 2010

Подпишитесь на нашу рассылку

Подпишитесь на рассылку

E-mail рассылка

Каждый понедельник мы присылаем лучшие материалы недели

Вы подписаны!
Вы подписаны!

Читайте также

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari