Кто эти люди?

Биссо Атанасов

Автор

12 марта 2019

Мы вступаем в новую и очень интересную винную эпоху. В прошлом году совершеннолетними стали последние из миллениалов — тех, кто родился в последние 20 лет прошлого века. Судя по тому, как они вышли на винную сцену, нас ждут большие перемены.

Изменения на рынке вина коснутся каналов продаж, способов продвижения вина, оформления бутылок и характера потребления в целом. И всё это будет разворачиваться на наших глазах довольно быстро. А знаете почему? Согласно исследованию американского рынка, 28% милленниалов потребляют вино… каждый день. Чтоб вы понимали, как «страшна» эта цифра, посмотрите на куда более винную Францию, где в 2015 году впервые за последнее время сократился процент населения, не пьющего вина совсем (с 38% в 2010 до 33%): там доля людей, употребляющих ежедневно, составляет 16% и продолжает падать. Миллениалы США потребляют 27% всего вина на рынке! При этом есть чёткая тенденция, что чем старше милленниал, тем больше он вина покупает, и вряд ли этот тренд переломится.

Что пьют милленниалы? Если оставить за скобками устрашающий рост слабоалкогольных напитков на основе вина (обычно это «коктейли» из вина и фруктовых соков) и 47%-й рост потребления вина в жестяных банках за прошлый год в той же Америке, где такая «форма» стала уже появляться в винных картах (!), то с полки они выбирают бутылки в первую очередь по этикетке. Но красивая этикетка ещё не залог успеха, нужно ещё, чтоб информация о вине находилась «в два клика» на смартфоне. Третий параметр, не менее важный, это история вина, к которой я вернусь чуть позже. И четвёртый — цена: миллениал редко оставляет более 2000 рублей (примерно 40 долларов) за бутылку в ресторане.

Без предпочтений миллениалов не предскажешь и будущий вектор винной критики. Критика эпохи Паркера, к которой относится и ваш покорный, оперирует рейтингами, то есть количеством очков, которое вино получает при дегустации. Как можно заметить, слово «рейтинг» среди первых четырёх факторов выбора вина милленниалами отсутствует. Они больше доверяют информации, которую можно найти в привычной им среде (интернет, телефонные приложения) и при прочих равных они будут доверять оценке в Vivino больше, чем Паркеру, попросту потому что они в принципе своему поколению доверяют больше (и ясно что контент в самом популярном винном приложении генерируют их сверстники, а не «технологические пенсионеры» паркеровского периода).

Традиционная винная критика уходит на задний план, а мозгами винолюбов всё больше завладевают так называемые «инфлуенсеры». Есть, например, в Калифорнии инстаграмерша по имени Аллисон (AllisonUncorked). Ей в пару Джессика Алтьери (WineChannelTV) из Иллинойса. У обеих имеется по паре стенобитных «орудий экспертизы», так что виноделы куда более охотно рассказывают им разные истории, чем замшелым критикам, ходящим в гости со своим риделем и задающим неудобные вопросы про гребни и пестициды. Джессика за год поднялась в мировом рейтинге инфлуенсеров (ага, есть такой, держат его французы, и покрывает он по большей части только то, что видно с вершины Эйфелевой башни) с 37-го на 12-е место и по количеству подписчиков в фейсбуке уступает только … Wine Spectator и Wine Enthusiast. Кстати, тот факт, что этим двум крупнейшим американским изданиям, оплотам традиционной критики, удалось-таки закрепиться на вершине этого рейтинга, указывает на их умение быстро сориентироваться в меняющейся обстановке. Из критиков «старой волны» там Дженсис Робинсон, переместившаяся за год с 2-го на 4-е место, Тим Аткин (с 7-го на 19-е), Джейми Гуди (с 11-го на 20-е), Эрик Азимов (на 7-м месте, в прошлом году его в рейтинге не было) и журнал Decanter (8-е место). В 2018-м в рейтинг пробились и выстрелили такие знатные сторителлеры, как Рэндалл Грэм (винодел из Калифорнии) и Мадлен Пакетт (Wine Folly). Остальные имена русскоязычному читателю вряд ли что скажут, но кроме преобладающих американцев, в рейтинге полно австралийцев, встречаются итальянцы, канадцы и французы, по одному португальцу, греку, словаку и сербу, а закрывает топ на 40-м месте адепт био-шмио движения швед Магнус Рейтердаль.

Если отойти от Эйфелевой башни и взглянуть на то, что творится за Великой Китайской стеной, то жалкие 250 тысяч фолловеров лидеров французского рейтинга покажутся смехом. Вы слышали о Леди Пингвин (да-да, вы не ошиблись)? А зря! Полтора миллиона подписчиков, 200 миллионов просмотров самого популярного винного видео-шоу Поднебесной (Wine Daily)! Сам Forbes её зачислил среди самых успешных молодых предпринимателей до 30 лет в 2017 году (“30 under 30”). Не уступает ей и некий Вэй (Терри) Сю (Wei (Terry) Xu), консультант и ответственный за винное обучение самой крупной винной торговой площадки Китая (yesmywine.com), у которой 4 млн подписчиков и продажи на уровне 15000 бутылок в день. Он вещает редко, но метко, публикуя тексты академической длины и глубины раз в пару месяцев. Оценить, как китайские инфлуенсеры будут влиять на винный мир в целом, пока очень сложно.

Итак, мы с вами оказались на очередном витке спирали развития винной критики. А что если вспомнить, какой она была до Паркера? С чем, собственно, он воевал больше всего? Да как раз с тем, что его предшественнике не говорили о вине конкретно, зато ударялись во всякие истории, кто какое шато построил, на ком женился, какое приданое отгрохал дочери, с кем поссорился и какой виноградник прибрал к рукам. Паркер всю эту словесную лабуду искоренил, чётко разложил характеристики вина по полочкам — цвет такой-то, аромат такой-то, вкус такой-то, и вот тебе столько-то баллов. А теперь всё опять вернулось к историям, паркеровские «фруктовые салаты» (“ароматы свежих лесных ягод, белых персиков и спелой черешни…”) стали никому не нужны, что не мешает некоторым подотстающим виноделам с завидным упорством расписывать их на своих этикетках. Сейчас потребителю истории подавай, и чем заковыристее и цветастее рассказ, тем лучше. Настаёт время Андерсенов, Крыловых и Пушкиных «от вина»!

Во-первых, эта красивая бутылка стильного чёрного цвета украсит ваш инстаграм и придаст нужный блеск событию, которое вы освещаете. Во-вторых, будучи выполнена в форме древней амфоры, бутылка эта выиграла в 2004 году награду за передовой дизайн. В-третьих, само вино — из чистого щарел-ло (редкость, эксклюзив!), с небольшого участка, дающего такую экстремальную каву, что Карлос Сумаррока с сыновьями посвятили его своей жене и матери — Нурии, которая так любит свою землю. Правда, в вышеупомянутую щель «до 40 долларов» оно не проходит, но эксклюзивчик-то можно и подороже, участочек-то всего 2 га! Чем не «милленниальное» вино!

  • Биссо Атанасов

    Автор

  • 12 марта 2019

Подпишитесь
на нашу рассылку

Подпишитесь на рассылку

E-mail рассылка

Каждый понедельник мы присылаем лучшие материалы недели

Вы подписаны!
Вы подписаны!

Читайте также

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari