Открыть Чакру

18 июня 2009
Предки 42-летнего маркиза Пьеро Инчизы делла Рокетта публиковали серьезные труды о вине еще в XVII веке, а его дед создал великое Sassicaia. А сам он мечтал доказать, что способен на что-то и без помощи семьи. Его ждала успешная финансовая карьера в одном из крупнейших банков Швейцарии, но сегодня он занимается только вином и каждый день просыпается с улыбкой на лице. «В первый раз я попробовал вино лет в пять. Дома за столом всегда было французское, мой дед даже детям давал пробовать и говорил, чтобы мы пытались описывать, что чувствуем. Конечно, вдумчивого разговора у нас о вине не получалось, но вкус-то развивался. По-настоящему разбираться и задумываться о том, что я пью, я начал годам к 17». «Многие в молодости хотят пойти против «системы». Я тоже был бунтарем и говорил, что не хочу заниматься винным бизнесом. Я думал о карьере в финансах. Окончив бизнес-школу в Швейцарии, начал работать в швейцарском банке UBS, это дало мне независимость от семьи. Но в одно прекрасное утро, приехав в банк, я посмотрел в зеркало и подумал: «И что я делаю? Я зарабатываю деньги, но у меня нет времени тратить их. Я сижу в маленьком офисе за монитором компьютера. Я больше не чувствую солнца и дождя, не слышу птиц». Я перебрался в Калифорнию и получил степень в экономике, после этого вернулся назад в Италию, в Умбрию, и начал работать на винодельне Tenuta di Salviano, которая принадлежит моей матери. Она – самый крупный землевладелец в этом регионе». «В те дни сельское хозяйство не было особо прибыльным занятием, нам нужно было как-то оставаться на плаву. Моей задачей была смена концепции производства в Tenuta di Salviano. Некоторые задумки оказались провалом, например, виноградник пино нуар, а некоторые, наоборот, прижились: скажем, мы сделали очень удачное вино позднего сбора, которое в небольших количествах выпускается по сей день». «Хорошо, что мне удалось поработать в таких разных хозяйствах по материнской и по отцовской линиям – Salviano и San Guido. Самый важный навык – работа с командой. Огромная роскошь и привилегия, когда ты можешь каждый день общаться с людьми, создавшими Sassicaia». Думаю, что с Bodega Chacra главным стимулом для меня было сделать что-то самостоятельно. Если ты родился в богатой семье, то потом всю жизнь пытаешься доказать, что стоишь чего-то сам по себе». Пьеро Инчиза делла Роккетта «Однажды я присутствовал на ужине у одного из кузенов (Пьеро всех своих многочисленных родственников называет кузенами. – Прим. ред.). Там я попробовал вино, которое привез энолог Ганс Виндинг Дирс (кузен Питера Сиссека, Pingus. – Прим. ред.). Я совершенно не имел представления, откуда это вино, но влюбился в него с первого глотка. Это был пино нуар из Патагонии. Так началась моя аргентинская история». «На мой взгляд, есть три типа людей: те, кто любит белое вино, те, кто любит красное вино, и те, кто любит пино нуар. Если у тебя появляется возможность попробовать и пить лучшие в мире пино, очень сложно потом переключиться на что-то другое. Я думаю, что пино – самый элегантный и сексуальный сорт винограда». «Пино нуар сложный и нежный. Кожица у него на 30% тоньше, чем у каберне совиньона, он подвержен множеству опасностей. Есть не много регионов, где с ним добились значительного успеха: кроме Бургундии это Орегон, Новая Зеландия, Южная Африка и теперь, надеюсь, Патагония. Важно, чтобы вина имели то, что я называю интеллектом, чтобы они будили не только вкусовые рецепторы, но и трогали душу. Харизма пино нуар – в способности передавать особенности терруара. Если высадить его на средненьком терруаре, то вино будет посредственным». «У Аргентины огромный потенциал для виноделия. Терруар здесь у нас фантастический. Надеюсь, что здесь все будет развиваться. Хотя есть много экономических и политических моментов, которые нужно разрешить, чтобы Аргентина смогла сыграть свою истинную роль в винном мире». «Вино обычно похоже на самого винодела. Если вы встретите большого парня, который управляет «Хаммером» и жует сигару, велика вероятность, что таким же большим будет его вино. Я – маленький парень. Мне нравится думать, что мое вино должно быть более элегантным». Ганс Виндинг Дирс помогал моей кузине Ноэми в ее аргентинском хозяйстве Bodega Noemia de Patagonia, которое сегодня выпускает один из лучших мальбеков. С их помощью я нашел участок с лозами пино нуар, высаженными в 1932 году». «Я точно знаю, кто именно посадил пино нуар на моем участке в Рио-Негро. Это была итальянская семья – братья Наполетано, они первыми посадили пино в долине. Я купил виноградник у тех людей, которые купили его у Наполетано. Я третий владелец. Забавно, что все были итальянцы». Пьеро Инчиза делла Роккетта «Сначала я взял виноградник в аренду. Можно сказать, что он уже тогда возделывался органически – им попросту никто не занимался, а то, что вырастало на нем само собой, продавали на производство балковых вин. Мы, конечно, все сразу стали делать по высшему разряду, изменили тысячу мелочей в управлении виноградником. Когда пришло время нашего первого урожая, я нашел фургон с системой контроля температуры, загрузил виноград в маленькие, по 10 кг, ящики и отвез его в Noemia. Первые два года вино делалось там». «Мы находимся в регионе, который не прост для виноделия. Электричество нам пришлось проводить самим, протягивать кабели, создавать систему ирригации и т.п. Когда в Рио-Негро дует ветер, электричество может отключаться на всех винодельнях вокруг чуть ли не на пару суток. А вино-то не ждет! Нам пришлось проектировать винодельню так, чтобы она держала холод внутри без кондиционирования». «Мы – биодинамическая винодельня: не применяем химию, делаем свой компост и используем минимум техники. Это непростой выбор – к счастью, у меня есть финансовые резервы, чтобы воплощать проект в жизнь». «Неправда, что в Патагонии (и в Аргентине вообще) все винтажи одинаковые. Я наблюдаю очень серьезные сдвиги в погодных условиях год от года. Например, 2007-й был довольно холодным, с заморозками – вино получилось более тонким и минеральным. 2008-й был теплее, и вино будет другим». «Мы стараемся справедливо распределять наши вина среди тех, кто хочет их попробовать, а о нас ведь говорят, как о лучшем пино нуар Аргентины. Два наших топовых вина доступны всем по подписке через веб-сайт. Лист работает по принципу first come – first served: с винами, которые выпускаются в таких мизерных количествах, всегда одна проблема – они доступны лишь ограниченному кругу лиц с деньгами. Я всегда чувствовал себя некомфортно с этой тенденцией, по-моему, вино – это то, что должно делиться между всеми». «Две недели назад мне позвонила секретарь человека, который находится в списке Forbes 200. Она хотела заказать шесть бутылок вина, но я сказал, что у меня их нет. Она спросила, знаю ли я, кто ее босс. Я ответил, что не знаю, и даже если бы знал, то лишних шести бутылок у меня бы все равно не образовалось». «Вино – это больше страсть, чем профессия. Bodega Chacra создана не для того, чтобы делать деньги, а чтобы делать настолько хорошее вино, насколько это возможно. Мой дедушка всегда говорил мне: «Создавая посредственные вещи и создавая замечательные вещи, ты тратишь одинаковое количество времени и денег». Жизнь слишком коротка, чтобы делать то, к чему не лежит душа. Поймите меня правильно, конечно, любой бизнес должен быть жизнеспособным, но в погоне за истиной мы не можем срезать углы». «Я стремлюсь жить максимально прозрачно. Важно чувствовать себя цельным и честным человеком. В этом смысле мне очень близок буддизм. Он помогает мне двигаться вперед на позитивной волне, направлять свою энергию в правильное русло и видеть хорошее во всех ситуациях. Я не верю, что люди плохие, скорее у многих из нас были тяжелые времена, которые заставляли нас делать нехорошие и неприятные вещи, но вообще мы положительные существа». Задача людей, которые находятся в привилегированном положении, а я считаю, что нахожусь именно в таком положении, состоит в том, чтобы помогать другим людям настолько, насколько это возможно». «Бургундия для меня – точка отсчета. Я езжу туда два раза в год: в Бон к производителям бочек и просто по региону, чтобы попробовать вина разных хозяйств. Мы используем только бургундские бочки для выдержки. Раньше мы комбинировали бочки от разных бондарен, думая, что так добавим вину сложности. Но теперь для топовых вин берем только два типа бочек, а для Barda – три». incisa5 «Еще шесть месяцев я провожу в Тоскане, с августа по ноябрь. Четыре месяца проходят на винодельне в Патагонии, а оставшееся время – в Нью-Йорке, где я присматриваю за экспортом вин нашей семьи в США и Южную Америку, провожу дегустации с клиентами, встречаюсь с журналистами и дистрибьюторами». «Я не продаю футболки, бейсболки, книги и винные аксессуары. Мы делаем вино. Деньги уходят в виноградник, а не на постройку отелей, электрических ворот или оплату услуг маркетингового отдела. Тут у нас не Диснейленд, хотя в наши дни люди к этому привыкли. Я не говорю, что это единственно правильная позиция, но это моя позиция». «Если честно, мы не особо контактируем с другими винодельнями в Патагонии. Мы живем в очень изолированном пространстве, общаемся только с Bodega Noemia. Мы совсем другие – по размерам и по сути. Мы маленькие, мы ничто в плане объемов производства, мы просто небольшая ремесленная компания и стараемся быть тем, кто мы есть». «Самые частые гости в нашем хозяйстве – дикие кролики, лисы, совы и Ренардо – странная собака, помесь лисы и немецкой овчарки. Маленькая, но ведет себя, как Годзилла». «Я немного сумасшедший человек. Я вкладываю столько любви в то, что я делаю. И очень хочу, чтобы люди получали от вина все, что мы в него вкладываем. Поэтому я помешан на том, чтобы помочь людям почувствовать больше и стать хоть немного счастливее в итоге. Потому что жизнь слишком коротка, чтобы злиться. А бокал хорошего вина сделает вас счастливее». «Главной проблемой для нас всегда были птицы: от них катастрофически пострадал наш первый урожай. Мы уже не прибегаем к услугам мальчиков с рогатками, как делали раньше. Мы внедрили биодинамические практики в этот процесс и высадили дополнительные культуры, которые отвлекают птиц от ягод винограда». Пьеро Инчиза делла Роккетта «Я не разделяю страсть к лошадям моих отца и дяди. Я увлекаюсь лыжами и йогой. У меня в машине сейчас играют Джон Ли Хукер, Фрэнк Синатра, Боб Дилан, Бек, Дейв Меттьюс Бэнд, Элла Фитцжеральд, Этта Джеймс, Грейс Джонс и «Роллинг Стоунз». «Конечно, я предпочитаю итальянскую кухню, но еще и тайскую, бразильскую, японскую, кухню Перу. Очень люблю готовить сам, в основном блюда из рыбы и салаты. Из дичи особенно нравятся птицы, которые поедают наши ягоды. И шоколадное суфле». «Я верю, роль нашей семьи состоит в том, чтобы оберегать винное наследие Италии. Мы должны сохранить его для следующих поколений. Я думаю, было бы крайне глупо пытаться изменить порядок вещей в Италии, зачем менять что-то такое совершенное, как Sassicaia? Тоскана у меня в крови. Я принадлежу Сассикайе. Однако в моем возрасте люди все еще хотят знать как можно больше, в Аргентине я делаю то, что в Италии, наверное, делать было бы не очень умно. Здесь у нас больше возможностей экспериментировать, Bodega Chacra – почти как команда «Формулы-1»: ходим по лезвию бритвы, стараемся сделать чуть больше, чем нужно, быть лучшими, быть на пределе своих возможностей».

Treinta y Dos

Treinta y Dos «Тридцать два» виноградник: 2,4 га лоз, высаженных в 1932 году, терруар на известковой «подушке» стиль: абсолютная элегантность, характер добротного бургундского крю, такого, как Поммар или Нюи-сен-Жорж. Гладкость дорогого, тяжелого шелка и упругая структура. Минеральность, вибрирующая кислотность, ароматы леса, специй, красных ягод WS – 92 (‘04, ‘05), 93 (‘06), 91 (‘07)

Cincuenta y Cinco

Cincuenta y Cinco «Пятьдесят пять» виноградник: 6 га лоз, высаженных в 1955 году стиль: очень живой, напористый букет с конфитюрными нотками, тонами вишни, сырой земли, специй, с легкой копченостью на языке. Основательное «земное» пино нуар со статью молодого аристократа. Попробовав, вы, возможно, догадаетесь: «Не Бургундия». Вино с долей экстрима. WS – 91 (‘06), 90 (‘07)

Barda

Barda «Живая изгородь» виноградник: ассамбляж со всех виноградников Chacra, выполняет роль второго вина хозяйства стиль: завораживает пышным открытым букетом с вибрирующими нотками лесных ягод, приправленными шелковистым ванильным акцентом. Вкус мягкий, округлый, сбалансированный. Хотя это и второе вино, но в нем чувствуется благородство. WS – 87 (‘07)
  • 18 июня 2009

Подпишитесь
на нашу рассылку

Подпишитесь на рассылку

E-mail рассылка

Каждый понедельник мы присылаем лучшие материалы недели

Вы подписаны!
Вы подписаны!

Читайте также

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari