Вина в законе

29 июля 2011
Почти 15 лет вся алкогольная отрасль страны жила в соответствии с Федеральным законом № 171 «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции», который за это время претерпел лишь минимальные правки. Внесенный в Государственную Думу 11 января 2011 года законопроект о поправках в этот закон был рассмотрен в первом чтении в рекордно короткие сроки (уже 22 февраля). Всего за несколько месяцев был рассмотрен пакет поправок, и уже 7 июля законопроект был принят законодателями, а 20 июля подписан президентом Российской Федерации. О том, какие изменения несет новый закон для российского виноделия, виноторговли и остальных игроков алкогольного рынка, мы беседуем с Леонидом Львовичем Поповичем, президентом Союза виноградарей и виноделов России, коллективного органа российских производителей вина, объединяющего виноградарей и виноделов юга России и несколько десятков крупнейших предприятий. Как вы оцениваете принятый закон, в чем его основное назначение и смысл? Закон направлен на более жесткий государственный контроль производства и оборота любой алкогольной продукции. В частности, есть ряд пунктов, которые запрещают употребление алкоголя в определенных местах. Авторы законопроекта видят его цель в сокращении потребления алкоголя (а значит и конкретных напитков) в нашей стране. Чем новый вариант закона существенно отличается от предыдущей редакции? В законе прописаны не только общие меры, но и для некоторых конкретных видов продукции произведены изменения терминологического ряда, использовавшегося в предыдущей редакции. В части, связанной с вином, произошли революционные изменения, встраивающие российское виноделие в общемировой мейнстрим: исключен термин «натуральное вино» — ГОСТ, определявший это понятие, утратил силу еще в 2006 году. Но термин успел закрепиться в законе и в подзаконных актах, в частности налоговых. В результате ГОСТ исчез, а термин «натуральное вино», несмотря на его неоднозначность и спорность, оставался. Сейчас он полностью изымается из законодательной базы. Так получалось, что термин «натуральное вино», связанный с виноградным вином только устаревшим ГОСТом, в законе уже не обозначал в явном виде виноградное вино, а все виды продукции с таким наименованием облагались по самой льготной налоговой ставке. В результате «натуральными» стали и плодовые вина, и медовые, и различные другие. Всем хотелось быть «натуральными»: расплывчатость термина это позволяла. При выводе из оборота того или иного термина возникает вопрос, как в новой редакции будет называться то, что раньше им обозначалось. Что предлагает новая редакция взамен? Вместо термина «натуральное вино» в законе оп ределены другие термины, и тот главный, который является самым большим достижением этого закона, — термин «вино». И прописан он так, как это слово понимается во всем мире, в Евросоюзе, в документах Международной Организации винограда и вина (МОВВ, OIV), так, как этот термин понимается в европейском регламенте о вине: «Вино — это продукт, полученный при брожении свежих ягод винограда или виноградного сусла». Появление термина «вино» в таком виде закладывает основу для пересмотра многих других терминов и классификации различных видов винной продукции в России. С его появлением уже нельзя будет называть напитки, имеющие собственные названия, просто вином. Мы привыкли, что и игристое — это «вино», и крепленое — это «вино», и ароматизированное — это «вино», и прочие специальные — тоже «вино». Теперь «вино» — это только виноградное вино. Остальные продукты должны называться полными словосочетаниями: «игристое вино», «ароматизированное вино», «плодовое вино», но не просто «вино». Ограничиваются ли нововведения только переработкой старой понятийной базы или появляется что-то принципиально новое? В последней части параграфа, определяющего термин «вино», записано, что это может быть продукт крепостью всего 4,5 %, если это «вино защищенного наименования». Таким образом, в нашем главном винном законе впервые появляется упоминание вин защищенных наименований. Оно там сделано вскользь, но наличие этого термина позволяет позднее, в уточняющих документах, прописать, что такое вина защищенного наименования в России, определить вина географического наименования, вина контролируемого наименования, каковы они, как они должны производиться, кто их может производить и кто это контролирует. Появится возможность помочь потребителю четко отличать одно от другого. Полномасштабное применение новой редакции закона предусмотрено с июля 2012, и это не случайно: многие термины, которые в ней определены, подразумевают углубленную детализацию и она планируется в Техническом регламенте Таможенного Союза «О безопасности алкогольной продукции», который в настоящее время разрабатывается Россией. В законе появился также термин «ликерное вино», который является калькой с аналогичного европейского. Это вина, которые сейчас в России практически не производятся, поскольку в их определении указан один из основных компонентов — винный дистиллят. В России при производстве специальных (крепленых) вин традиционно используется этиловый спирт-ректификат из зернового и другого пищевого сырья. Судьба этого нового термина и определяемых им вин не вполне ясна. Примет ли их российский покупатель, будут ли они производиться, трудно сейчас сказать, но база для их появления создана. Как согласно новому закону будут именоваться наши традиционные крепленые вина, для производства которых используется спирт-ректификат? В новой редакции сохраняется термин «винный напиток». Вино, сделанное с виноградной составляющей, крепленое ректификатом, будет классифицироваться как «винный напиток». Положим, покупатель привык к определенному десертному вину с привычным названием, привычной этикеткой, сделанному по устоявшейся технологии с использованием этилового спирта. На этом вине когда-то очень давно писалось «крепленое вино», потом стали писать «десертное вино», потом — «специальное вино». Теперь даже если на этом продукте будет написано «винный напиток», но при этом технология и оформление не меняются, то такая смена классификации не должна влиять на спрос. Новая классификация должна стимулировать производителей делать интересные продукты, а не пытаться продавать абы что. Предлагаемые изменения должны придать больше значения месту производства, терруару, имени производителя, увеличить его ответственность. Продукт известного производителя, с теми же, что и раньше, выходными данными, с той же самой этикеткой, не должен ничего потерять, даже если это будет «винный напиток». С моей точки зрения, такое понятие, как «десертное вино», должно быть обязательно сохранено. Это продукт, производимый по устоявшейся российской технологии с использованием этилового спирта. Можно писать, что «десертное вино — винный напиток» или как-то иначе, главное сохранить это понятие в классификации. Определенная часть полусладких вин на российском рынке производится по технологии подслащивания готового сухого вина при помощи концентрированного виноградного сусла. Формально, по букве закона, это тоже будет «винный напиток»? С формальной точки зрения напрашивается вывод, что это тоже будет «винный напиток». Однако если посмотреть на закон внимательно, то видно, что в нем не описаны и даже не упомянуты целые большие классы, например ароматизированные вина. Это что, тоже будет «винный напиток»? Или жемчужные вина? Очевидно, что в законе есть некоторая неопределенность. С нашей точки зрения, все перечисленные напитки — это все винодельческая продукция. С основным компонентом — вином, сделанным из винограда. Винный напиток в новой редакции позволяет обходиться с этим основным компонентом весьма вольно — разбавлять водой до 50 %. То, что мы назвали, ароматизированные, жемчужные, подслащенные суслом вина — все они предполагают 100 % использование только продуктов виноградарства. Без разбавления водой. Поэтому объединять их в один общий класс с остальными не совсем правильно. Мне кажется необходимым введение дополнительного класса — «винодельческая продукция», который как раз и включит в себя всё перечисленное нами. И это понятие должно появиться в Техническом Регламенте. Иначе мы можем потерять массу хороших продуктов, которые делают честные российские производители, в частности из сухого вина и ректификованного виноградного сусла. Эти продукты есть, они востребованы и не должны быть потеряны. Для них нужно найти правильную нишу в определении, в классификации. Новый закон принес серьезные изменения в правила торговли алкогольными напитками. Все виды продукции должны быть убраны из ларьков, полностью запрещается ночная торговля алкоголем, меняются правила учета продаж и т. д. Изменит ли это существующую сегодня структуру потребления алкогольной продукции? Законодательство не должно создавать дополнительные конкурентные преимущества тому или иному продукту. На российском рынке с 1995 года для производителей вина применялись жесткие правила, а пиво 15 лет имело нерыночную конкурентную льготу. Его потребление достигло гигантских объемов, и вводимые меры существенно картины не изменят. Мы все время предлагали законодателю вывести производство виноградного вина из-под действия закона № 171, чтобы вино производилось более свободно, также как пиво. Законодатель, однако, решил иначе: он начинает регулировать пиво так же, как все остальные алкогольные напитки. И с этой точки зрения, как бы это ни звучало обидно для производителей пива, законом восстанавливается конкурентная справедливость.
  • 29 июля 2011

Подпишитесь
на нашу рассылку

Подпишитесь на рассылку

E-mail рассылка

Каждый понедельник мы присылаем лучшие материалы недели

Вы подписаны!
Вы подписаны!

Читайте также

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari