Совсем недавно одна текила в лице ее собственников подала на банкротство спустя несколько лет, казалось бы, безоблачной жизни. Ее биография пестрила радостными событиями: награды престижных конкурсов исправно сыпались в копилку достижений, был и телик, и красные ковровые дорожки, и звездные коллабы. Усопшая не блистала внешностью, но качество спирта, красивый нарратив и целеустремленность основателей вели ее по верному пути. А теперь даже ИИ на поисковых сайтах выдает справку о ней в прошедшем времени. Эпитафия вышла с надрывом: «За шесть с половиной лет нам удалось создать успешный продукт, однако стартапам подобно нашему весьма сложно закрепиться на рынке, ведь на это уходит слишком много средств, поэтому мы были вынуждены принять трудное решение».
Не помог ни профессиональный опыт инвесторов, ни своевременное попадание в агавовый тренд, ни начальный капитал, ни краудфандинг – как говорится, бобик сдох. На его место, которое по всем рыночным законам так и не успеет опустеть, могильным камнем взгромоздится очередная керамическая дылда с невнятным содержимым, а неглубокие следы, оставленные в истории, будут затоптаны красивыми и смелыми. Так проходит мирская слава, но не для тех, кто продолжает барахтаться в конкурентном болоте, отчаянно хватаясь за более плавучих и пинками пуская ко дну теряющих силы и воздух.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
Не повезло и когда-то остромодному ликеру с тектоническим названием и невиданным нынче содержанием сахара, похожему по цвету на омыватель, а по вкусу на зубную пасту. В прошлом абсолютный must have для всех без исключения баров – везде, кроме, пожалуй, РФ, где попытки его продвижения были встречены каменными лицами, он долго противился окликам Харона, хотя откровенно проигрывал натиску итальянских и немецких биттеров, избравших главным инструментом продаж все то же залповое поглощение. Он все еще влачит свое остаточное существование, но миллениалы и зумеры о нем слыхом не слыхивали, посему еще немного, и Стикс услужливо выйдет из берегов.
С одной стороны, на замену одним приторным материям пришли другие, но красители и углеводы уже никого, похоже, не смущают. С другой, когда на этикетке фактически аптечной микстуры фигурируют альпийские травы, а ее ДНК неотделима от стимулирования пищеварения после сытной трапезы, невольно проникаешься к ней доверием совершенно иного уровня – даже если вливаешь в себя десятый шот на все еще голодный желудок. Логики тут не видно, но она как бы есть.
Похожая судьба постигла известный не в самых широких кругах бренд ирландского виски, миссия которого состояла в том, чтобы не быть как все – начиная от дизайна бутылки и заканчивая нехарактерными для категории терруарностью, органикой и биодинамикой, которые в том числе загнали его владельцев в тупик непонимания потребителем всех этих, по сути дела, преимуществ. Особенно по ту сторону океана, где нюансы почвы и зерновых плохо уживаются с простым человеческим желанием закоптить говяжьи ребра и запить их чем-то максимально понятным без нужды выбирать между micro cuvee и single farm origin. Правда, в отличие от бедняги «мексиканца», у «ирландца» брезжит шанс получить вторую жизнь, хотя далеко не каждый желающий обладает нужной суммой для выкупа не только бренда и «железа», но и товарного запаса, который встал колом (следствие как перечисленных факторов, так и ковида, и деструктивных санкций США, погрузивших в ступор всю индустрию). Вот вам и справедливость для всех.
Его соотечественник из разряда все тех же ликеров не страдает от дефицита внимания или вложений, но что-то мешает ему сделать рывок вперед и прийти к финалу первым – подобно изображенному на этикетке жокею на колеснице, запряженной страусом. Владельцы бренда, с которыми автору этих строк повезло познакомиться на одной из профильных выставок, были до слез рады восхищению продуктом какого-то «дядьки из Москвы», но ютились они на самом скромном стенде из сборного пластика: ни тебе веселых конкурсов, ни зажигательного флейринга от авторитетного бармена.
К столь редкой жемчужине определенно стоит присмотреться: пресловутый жаргонизм «вкусняшка» как нельзя более точно подходит этому чуду универсального назначения – к лицу ему и кола, и кофе, и просто стограммовый шот, который растопит самое заиндевелое сердце и озарит самую черную душу. Довольно хорошего глотка, полного карамельных, ванильных, ореховых и сливочных нот, чтобы бутылочка амброзии поселилась на полке с любимыми эликсирами (пусть и ненадолго), – и шарик сорбета, и ромовая баба, и даже не очень крепкая сигара форсируют ее обмеление. Учредители проекта делами вполне довольны, поэтому до краудфандинга вряд ли дойдет, однако эту пока еще беззаботно гарцующую лошадку стоит хорошенько пришпорить, для ее же блага.
Увы, обманчиво бесперспективное впечатление производит очередная водка, которая производится где-то на просторах Великобритании посредством «множественной перегонки, с использованием чистейшей воды из местного источника и пурификации золотом» (отсюда ее отсылающая к 1990-м сусальная айдентика). Выбор вкусовых вариаций и их почти неоновая окраска намекают на то, что этой водкой можно не только приманивать гендерные противоположности в клубных пространствах, но и морить паразитов.
Заручившись поддержкой активированного угля, ваш колумнист на собственном опыте убедился в исключительной ее тошнотворности и отчаялся сопоставить относительный коммерческий успех продукта, вызывающего в памяти вкус турецких жвачек, усиленный в сотню раз, с ожиданиями ее аудитории – со всеми ее ЗОЖ, low-carb и dye-free. Сомнение вызывает не только необходимость появления водки за 5000 рублей, но и целесообразность одной только мысли о том, чтобы добровольно приобщиться к аномалии, успевшей обрасти баночными премиксами, фруктовым льдом и статусом ароматизированной водки категории ultra-premium № 1 у себя на родине. Туда и дорога.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
Аналогичный маршрут хочется задать одному румынскому бренди, в составе которого, помимо виноградного спирта, числится ректификат, ароматизаторы и колоранты, а его воистину уникальный органолептический профиль сдюжит не каждый горький пьяница с давно расшатанными представлениями о прекрасном. Фокус состоит в том, что даже в смеси с дешевым лимонадом, обладающим предельной доминантой кислоты и сладости, он умудряется пробить себе дорогу к рецепторам оттенками лесного клопа и средства от кашля. К взаимной дружбе этого исчадия и среднестатистического homo sapiens не приближает ни заморозка, ни прямой горловой шутинг, ни даже попка хабанеро вдогонку: с ней тоже оно справляется на раз, оставляя у дегустатора ощущение приближающегося финала. Любой нормальный организм начинает автоматическое вымещение этой напасти еще до ее контакта с внутренней системой – сопротивление бесполезно, а насильственное удержание грозит более разрушительными последствиями. Уму непостижимо, что при наличии «боярышника» и градусных миксов по 60 рублей за банку кому-то приходит в голову травиться сомнительным изобретением страны, не замеченной среди лидеров мировой алкосцены.
Не размениваясь по мелочам, есть желание взять и отменить целую категорию условно выдержанных ячменных и зерновых спиртов, которые на пространстве между Хорватией и Таиландом почему-то именуются «виски». Под эгидой патриотического «а мы чем хуже?» предприниматели Армении, Ливана, Болгарии и Сербии (не говоря уже о вьетнамцах, непальцах и даже монголах) с нескрываемой гордостью демонстрируют плоды своего труда, но не терпения. Как правило, состряпанные на скорую руку с применением древесной щепы и карамели, эти не имеющие определенного возраста жидкости презентуются как «первые в своем роде», «хорошо отдохнувшие в дубовых бочках» и «уже получившие признание» – то есть так же неубедительно, как и то, что находится внутри одинаково неказистых бутылок. Нации, не способные похвастаться историей и культурой производства виски, в принципе не могут это делать на голом энтузиазме и даже при определенных денежных вложениях, потому что виски – это время, времени нет, а ожиданий прибавилось. Притом что и США, и Ирландия с Шотландией столкнулись с перепроизводством и их склады завалены готовой продукцией и полуфабрикатами на годы вперед, тот же грузинский виски, при всем к нему уважении, еще долго может оставаться уделом отчаянных экспериментаторов и пресыщенных коллекционеров, закрывающих очередной гештальт по географическому признаку.
Отдельное «фи» отправляется в адрес до неприличия разросшейся клики не лучшей выделки изделий, взятых под крыло деятелями культуры и спорта – от гордо несущих статус основателей до соинвесторов, пристроивших сбережения под процент. Почему-то считается, что хороший актер, скрупулезно выбирающий роли, обязан с таким же рвением нести ответственность за качество своей бутилированной продукции, а значит, смело покупай – не ошибешься! Между тем в случае с селебрити есть смысл соблюдать повышенную бдительность: зачастую трезвенники, они слепо агитируют за то, в чем совершенно не разбираются. Так, люди, практикующие вдумчивый подход к собственным тратам, едва ли осмелятся повторить покупку текилы от Дуэйна Джонсона, но вполне могут вступить в длительные отношения с агавовой линейкой от Аарона Пола и Брайана Крэнстона из сериала «Во все тяжкие». Недавнее появление же рома за подписью Джонни Деппа тем паче вселяет надежду на возвращение веры в тех, кто, пускай и не бесплатно, дарит нам особую радость. Хотя и не секрет, что Капитан Воробей, порядком поиздержавшись, банально профинансировал собственную пенсию.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
Более объективный взгляд на вещи, которым, увы, не отличается автор, предпочитающий правдорубное графоманство как фиксацию потокового мышления, примирил бы его с происходящим, подкинув хорошую подсказку в виде известной поэтической аксиомы: если звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно. Тем более что судьбы торговых марок подобны человеческим и должны заслуживать всяческого уважения: они в муках появляются на свет, их взросление отнимает время, силы и деньги, а уход становится трагедией и оставляет на сердцах причастных незаживающую рану.
Другое дело, что в ряде случаев этот самый уход так и тянет приблизить эвтаназическим путем, решительно отключив коптителей воздуха от аппаратов жизнеобеспечения – пускай внешне они пухлы, розовощеки и полны энергии. Это бесовское отродье действует наскоком, настырно болтается под ногами, заискивающе заглядывает в глаза – и подкупает мнимой дешевизной и бестолковой мишурой в надежде намертво вцепиться и повиснуть на главных человеческих пороках – алчности и вульгарности, и тащи их потом всю жизнь, теряя соки здравомыслия и вкуса. Между тем действительно достойные, не терпящие компромиссов бренды выживают за счет лояльности тех немногих, кто идет против ветра, сохраняя верность однажды сделанному выбор.
И тем более шокирующей выглядит новость от середины июля о кредитной несостоятельности некогда обретшего тихий культ шотландского джина, создатели которого в свое время погрузили пишущего эти строки в почти волшебный мир банок, склянок, вершков и корешков, из которых возникал подлинный нектар богов – его бы капать на язык по особым праздникам, да из золоченой пипетки. Милейшая семья, казалось бы, прозорливо купившая бренд спустя несколько лет, полностью преобразила его внешне и возвела в ранг алтарного атрибута для совершения магических ритуалов. К несчастью, что-то пошло не так, и набиравшая обороты сенсация вдруг вызвала шквал вопросов не только у индустрии, но и у ряда федеральных СМИ. Ее будущее туманно, и приходится лишь уповать, что пелена из буквально сотен конкурентных брендов джина, которая, сдается нам, и утянула бизнес на то самое дно, вскоре перед ней расступится. Хотя печальный опыт «мексиканца», столкнувшегося с натиском аж тысячи с лишним соперников, подсказывает обратное.
Иллюстрация на обложке: © Татьяна Платонова.