Какое лето без шампанского? Организаторы старейшего в мире теннисного турнира давно сжалились над зрителями и разрешили им проносить свои блан-де-бланы на матчи, которые порой затягиваются на несколько часов – все это под палящим солнцем. Единственное условие – открыть бутылки до входа на трибуны, чтобы избежать неожиданных хлопков во время игры.
Конечно, из года в год находятся те, кто не готов потерять в интенсивности перляжа и хочет насладиться бокалом свежеоткрытого брюта в самый ответственный момент. Такой случай имел место и 13 июля в финале мужского одиночного разряда. Пока принцесса Уэльская Кейт Миддлтон, актриса Николь Кидман и еще вчера как главред Vogue Анна Винтур наблюдали за матчем из королевской ложи, Янник Синнер подавал, пытаясь сохранить преимущество во втором сете после проигранного первого Карлосу Алькарасу, – ему же Синнер уступил несколькими неделями ранее в эпичном поединке на Открытом чемпионате Франции («Ролан Гаррос»). И вдруг – мощный хлопок нарушил тишину! Пробка от шампанского дома Lanson, официального поставщика турнира, приземлилась всего в паре метров от итальянского спортсмена.
«Дамы и господа, пожалуйста, не открывайте шампанское в момент подачи», – предупредила судья Элисон Хьюз. Синнер же улыбнулся, поднял пробку и вскоре продолжил подачу – выиграв гейм, а затем и сет, и матч… Так он завоевал свой первый титул Уимблдона – до полного Большого шлема ему остается лишь победа на «Ролан Гаррос».
Инцидент с шампанским он чуть позже прокомментировал на пресс-конференции: «Такое могло случиться только здесь, на Уимблдоне, – и именно за это мы его и любим». Свой бокал (читай – магнум) Lanson теннисист получил на гала-ужине. Когда на следующий день Синнера спросили, успел ли он осознать, что стал чемпионом, тот ответил: «Осознать?.. Не уверен… Мы много пили!»
На завершающем приеме разливали Lanson 2013. Недавно выпущенный в продажу, этот миллезим – свежий, молодой духом, но при этом предлагает все, что мы ожидаем от выдержанного шампанского: лимонную сливочность, тона свежезамешанного теста и меда.
Фото: © Lanson
Французы основательно поработали над тем, чтобы шампанское стало международным символом праздника и успеха. Формирование этого образа началось еще на заре XVIII века. Вскоре после того, как вина Шампани запузырились благодаря трудам английского ученого Кристофера Меррета, описавшего процесс вторичного брожения в бутылке, и монаха Пьера Периньона, доведшего искусство ассамбляжа до совершенства, шампанское попало на королевский стол.
Герцог Орлеанский, регент юного Людовика XV, наладил поставки игристого в Пале-Рояль, где его подавали на торжественных приемах. Позднее уже сам Людовик пристрастился к пузырькам, как и его фаворитка маркиза де Помпадур. Любовь двора к Шампани закрепила австрийская принцесса Мария-Антуанетта, супруга Людовика XVI: на ее приемах в Малом Трианоне шампанское лилось рекой. Обратной дороги не было – игристое стало синонимом праздника, напитком аристократии.
Фото: © Lanson
В большой спорт шампанское пришло значительно позже. История началась в 1930-х годах, когда граф Фредерик Шандон де Бриай, представитель семьи – владельца дома шампанских вин Moët & Chandon, стал вручать бутылки победителям Гран-при Франции – престижной автогонки, проходившей на трассе в Реймсе. В 1950-х дом продолжил традицию, поздравляя гонщиков, в том числе участников первых сезонов «Формулы‑1».
Новый виток наступил в 1967 году: после победы в гонке «24 часа Ле-Мана» американец Дэн Гёрни встряхнул открытую бутылку, прижал палец к горлышку и распылил шампанское на команду и зрителей. Фотографии с подиума разлетелись по газетам, и этот жест быстро стал повторяться – сначала в автоспорте, а затем и в других дисциплинах.
На теннисных кортах магнумы начали появляться в 1970-х. Пионером стал дом Lanson, заключивший партнерство с Уимблдоном в 1977 году. С 2001-го он – единственный официальный поставщик шампанского турнира, и контракт недавно продлили до 2028 года. Ежегодно во время события разливают порядка 150 тыс. бокалов Lanson. Это вино – про точность, свежесть, яркую кислотность благодаря отказу от малолактики.
Фото: © Lanson
Moët & Chandon вошел в теннис в 2011 году, став эксклюзивным поставщиком «Ролан Гаррос», а спустя два года и Открытого чемпионата США (US Open). Кстати, на последнем американском турнире белорусская теннисистка, первая ракетка мира Арина Соболенко, одержавшая победу в женском одиночном разряде, устроила шаманский душ из магнума для своей команды, а затем насладилась игристым прямо из кубка.
Стремясь усилить свою связь с миром тенниса, Moët & Chandon еще в 2013-м объявил швейцарского спортсмена Роджера Федерера своим амбассадором, и с тех пор вышли десятки кампаний и эффектных релизов с его участием, в том числе коллекционные магнумы урожая 1998 года – именно тогда Федерер начал профессиональную карьеру. Всего было выпущено 20 бутылок по цене €20 тыс., и вся выручка была передана в благотворительный фонд теннисиста.
На четвертый турнир Большого шлема – Открытый чемпионат Австралии (Australian Open) – пузыри с 2019 года поставляет дом шампанских вин Piper-Heidsieck: основанный в 1785 году в Реймсе, он известен своим ярким, насыщенным стилем с доминированием пино нуара и традиционным щедрым дозажем. Для дома стратегически важно это сотрудничество, ведь Австралия – один из их главных экспортных рынков.
Фото: © Champagne Piper-Heidsieck
За Уимблдоном в этом году следует US Open, завершающий сезон Большого шлема. Очередные хлопки шампанского ожидаются в конце августа по другую сторону Атлантики. Подставляем бокалы!
Фото на обложке: © Lanson.