Недавно Comando G получили первые 100 баллов по Паркеру не за свое топовое «гран крю» Rumbo al Norte (у Rumbo сотен уже три), а за вино 2023 года с другого отдельного виноградника – Tumba del Rey Moro. Цена на вторичном рынке взлетела уже наутро, а для меня это стало поводом посетить наконец новую винодельню и узнать, куда движется главный проект гарначи Испании.
Поймать героев Comando G – Фернандо Гарсию и Дани Ланди – вдвоем практически невозможно. И дело тут не в пафосе, а просто ребята выросли, у каждого семьи, дети, школы, поликлиники. Вот и приходится разделяться на визиты. Исторически мне везет на Фернандо, он из тандема более приближенный к земле, не углубляется слишком в философию, как Дани, так что найти общий язык получилось с первого раза в сентябре 2018 года, когда он, увидев палатку и спальный мешок в кузове моего Fiat Panda, предложил заночевать на командном винограднике в деревне Росас-де-Пуэрто-Реаль. Не на Лас-Умбриас, конечно, – туда заехать было бы сложно, – но у подножия холма, защищенного стеной. Ибо шутки шутками, а кабаны и олени здесь есть, а в прошлом году еще и волки завелись.
Но тогда их не было, винодельня Comando G располагалась в крупном гараже в городке Кадальсо-де-лос-Видриос, ребята были молодые, чуть стеснительные, но уверенные в правильном пути. Ибо 100 баллов по Паркеру не проходят мимо даже самых скромных, а они уже были у них в кармане за Rumbo 2016.
Второй визит после второй сотни (Rumbo 2018) был в 2021 году, через месяц после открытия страны от пандемии. Все было иначе. Место встречи – Вильянуэва-де-Авила, самая высотная часть Гредоса, именно там находятся главные звездные виноградники: El Tamboril, Tumba del Rey Moro и Rumbo al Norte. Тогда въезд на него еще не был закрыт, поэтому по карте и интуиции я таки его пару раз уже находил, но в этот раз окрестности выглядели по-другому. На месте диких зарослей и кустов – голые валуны и шурфы. Виноградник на подъезде, ставший Breña 1er, приобрел уже знакомый командовский вид с лозами на отдельных кольях, а проселочная дорога зачем-то засыпана гравием. Что-то явно планируется.
Участок Rey Moro. Фото: © Comando G
«Здесь будет винодельня! Пришла пора сосредоточиться на высоте», – гордо заявил Фер. А вокруг нее новые посадки, исследование территорий выше 1200 метров, белые сорта и, конечно же, гарнача. Планов громадье, Comando G выходит на новый уровень.
Было ощущение, что проект на пороге нового этапа. Так и оказалось. Пандемия стала переломным моментом. Вместо роста пошло сокращение и концентрация на главном. Продавались виноградники и целые проекты, уходили люди и контракты на консалтинг, пошли даже сплетни, что ставшее культовым хозяйство собираются продать. И с чем же мы встретимся в 2026 году?
Признаться, задавать некоторые вопросы было то ли страшно, то ли некомфортно, ведь с гарначей, Гредосом и «Командой» у меня личная история. Но все быстро встало на свои места, когда ворота на Rumbo al Norte были открыты, Фер грузил в багажник не самой новой «шкоды» коробки с вином, а навстречу бежали собаки.
В это пятничное утро мы были не одни, компания собралась что надо: пара виноделов из Рибейры-Сакры, дистрибьютор топовой Италии и Франции из Барселоны, основатель Olé & Obrigado Imports из Штатов и два роскошных пса. Имена у собак говорящие: Raspon и Limo, то есть Гребень и Известняк. Появились они здесь не случайно: финка из просто виноградника превращается в биодинамическую ферму полного цикла.
Здесь живут коровы и лошади, без которых эти горные клочки земли не обработать, вскоре появятся куры, уже есть небольшой огород и персиковый сад. Он до сих пор принадлежит бывшему владельцу Румбо: тот вообще собирался выкорчевать лозы и посадить вместо них персиковые деревья: за ними проще ухаживать и урожай стабильный. Даже страшно представить, насколько хороши должны были бы быть персики на месте одного из культовых виноградников мира!
Фото: © Comando G
Новая винодельня идеально вписана в пейзаж и оформлена в традиционном стиле региона, с каменной кладкой снаружи. Специалиста по ней пришлось сильно поискать: ремесло забывается, молодежь не хочет им заниматься. Такие же настроения были среди виноградарей всего 15 лет назад, а сегодня другое дело – этап спасения виноградников от вырубки закончился, значительную часть старых лоз удалось сохранить и восстановить, пришло время смотреть в будущее и высаживать новые.
Сейчас идет активная программа по новым посадкам вокруг топовых виноградников. Узнать участок, на котором в 2021 году были одни валуны, невозможно. Все в зелени, лозы уже довольно большие, но это еще совсем раннее превью, ибо высажен пока только американский подвой. Такой подход призван заставить лозу сначала активно развить корневую систему, а когда ей сделают прививку гарначей, лучше работать над землей. Первый урожай с такого виноградника собирают только через семь лет, но в суровых условиях, когда плодородной почвы почти нет, правильно делать именно так.
Внутри винодельня на удивление скромная – складывается ощущение, что ее специально спроектировали так, чтобы не было желания расти в объемах. Зал для ферментаций в процессе изменений: широкие фудры уступают место более узким и вытянутым, чтобы у шапки было меньше контакта с кислородом, кюве с топовых виноградников полностью перевели на цемент, и в будущем его будет еще больше. Дальше – небольшой зал для выдержки со старыми дубовыми емкостями разных размеров и просторный погреб, где хранятся исторические винтажи, включая самые первые, с шутливыми этикетками, в которых не признать будущих грандов, а еще – личная винная коллекция Фера и Дани.
Фото: © Илья Кирилин
Не зря говорят, что, если хочешь понять стиль и уровень винодела, посмотри, что он пьет и дегустирует. Но самое интересное – в небольшом отдельном зале для экспериментальных вин. Здесь все самое дикое и необычное: Rumbo al Norte без серы в демижоне, гарначи под флором, белые с оксидацией и без, новенький Wineglobe и, конечно же, отличный винтажный уксус.
Делать вина с минимальным вмешательством не так просто, в процессе поиска себя всегда есть риски. Первым урожаем, который полностью был сделан на новой винодельне, стал 2023-й: можно сказать, что с переездом стиль хозяйства окончательно сложился, осталось дело тонкой настройки и тюнинга.
Но об этом пусть расскажет Фер, что в промежутке между дантистом и сбором чемоданов во Францию нашел пару часов на интервью. «Командо» до сих пор продолжает традицию выбираться на машине по виноградникам, раз в год проезжая через Лангедок и Рону до Бургундии, и ящики с вином для личного потребления едут именно туда. Там можно и вдохновиться, и себя показать, неспроста же сам Жан-Марк Руло ходит в футболке Comando G. Но хватит лирики, переходим к делу.
Свет гарначи
Почти в каждом материале о Comando G можно прочитать, что главным вдохновением для вас было Château Rayas. По стилю ваши вина совсем иные, но вы действительно взяли на вооружение какие-то технические детали?
Да, нас часто называют «Château Rayas Испании», но это совсем не так, мы не хотим этого сравнения, хотя обожаем «Райас». Первой гарначей, которая открыла наше восприятие сорта, были старые винтажи La Mémé от Domaine Gramenon: 1994, 1996, 1997. Первые биодинамисты в Кот-дю-Роне, их вина были мутными и с заметными тонами био, но при этом и свежестью, цветочностью, медом. Совсем иное прочтение гренаша.
Фото: © Илья Кирилин
Дальше – Pignan и первое вино Rayas, когда мы наконец смогли его себе позволить*. Поразительные вина, но с технической точки зрения это радикально иной подход к винификации: очень высокая спелость и поздний сбор в ноябре, когда появляется ботритис, совсем другие почвы, длительная выдержка. В этом вся прелесть – что нет только одного рецепта и правды, как работать с сортом.
* Это было крайне вовремя: сегодня цены пробили уже совсем недостижимую отметку, а после смерти культового винодела Эммануэля Рейно (он скончался 25 ноября 2025 года в возрасте 61 года после продолжительной болезни) вина, сделанные им, вырастут в цене ещё больше.
Несмотря на все различия, с философской точки зрения мы близки. «Райас» – это тонкая, деликатная гарнача, которая в поиске не широты вкуса, а обратного, это работа по бургундским канонам. Это вино, в котором в первую очередь доминируют цветы, а дальше всегда присутствует характерная для всех вин хозяйства пчелиная перга.
То есть глобально главным вдохновением была Бургундия? Все-таки не просто так сегодня гарначу называют пино нуаром Средиземноморья.
В этом есть смысл, когда мы говорим о вине с меньшим количеством цвета и доминантой свежих кислых красных ягод в аромате. О гарначе в этой роли начали говорить, потому что она была самой распространенной, но она не одна, сегодня есть арко в Валенсии, балеарские автохтоны. Я бы говорил о двух разных семьях сортов – сортов структуры и сортов света.
При этом гарнача может быть и про структуру, и про «свет»: как появился тот самый подход к винификации, что включил свет в гарначе?
В результате экспериментов. Когда мы начинали, главным в Испании была концентрация. «Урожайность 150 граммов с куста» (то есть запредельно низкая) была мантрой, нас этому учили в университете. На любой выставке разговоры были про «200% нового дуба». Это были vinazo («винище», так обычно называют вино, в котором все показатели на пределе. – Прим. ред.) с дикой структурой, цветом и бочкой. Нам они казались странными на фоне других вин мира.
Это как с едой – если вы предпочитаете более свежую кухню с большим количеством овощей, то свиные ребра с соусом барбекю вам вряд ли будут интересны. Мы были больше в теме японской кухни, деликатной, акцентирующей детали и продукт, в ней есть вкус, причем его много, но он не давит и не забивает все на своем пути, как мощные соусы.
Когда мы оказались на виноградниках Château Rayas, мы заметили, что они делают очень короткую подрезку, при этом оставляют очень много зеленого покрова. Нас это заставило задуматься, что, может, нет смысла так сильно опираться на учебники, которые были написаны через призму и опыт Бордо?
Фото: © Comando G
Там совсем другой климат и шпалера, цель – правильно распределить грозди на кусте, получить мелкие ягоды, дабы избежать ботритиса, дать максимально возможную зрелость, пока это можно успеть до дождей. Нам же требуется обратное.
На одном из салонов я попал на доклад Хосе Луиса Переса, отца Сары Перес (Mas Martinet, Приорат, один из «великолепной пятерки». – Прим. ред.) о том, как зеленый покров влияет на урожайность: чем его больше, тем крупнее гроздь и ягода.
Более крупные грозди затормаживают созревание, потому что лозе приходится распределять все накопленные вещества. Другой важный момент – более высокий процент мякоти по отношению к кожице и косточкам. Постепенно пазл начал складываться у нас в голове.
Когда в Испании говорили о doble pasta (двойное содержание жмыха), мы в шутку говорили о doble mosto (двойном содержании сусла), мы хотели найти экстракцию не фрукта, но минеральности.
Использование целых гроздей без отделения гребня – бургундская техника. Идею задействовать гребень вы взяли оттуда?
Да. Начиная с 2006-го мы три-четыре раза в год бывали в Бургундии и всегда сравнивали вина, сделанные с гребнями и без. Виноделы – сторонники целых гроздей не скрывали, что при работе с гребнем можно получить не всегда желательные зеленые тона, но также и цветочные: важно понимать, как его использовать. Когда проект Comando G стартовал в 2008 году, мы сделали эксперимент на себе, ферментировав один виноградник в трех вариантах: без гребней, с половиной гребней и полностью на гребнях. И, как можно догадаться, больше всего нам понравился последний. У нас как не было гребнеотделителя, так его и нет.
В университете говорили, что лучший танин, который может дать гребень, – это плохой танин, он зеленый. Это не так. Другое заблуждение – про зрелость самого гребня: его принято использовать, когда он созрел и поменял цвет. При низкой урожайности и уровне зеленого покрова он действительно может созреть, но появляется другая проблема: в Испании, если гребень созрел, то ягоды будут уже перезрелыми, с потенциальным уровнем алкоголя в 16-18%. Наш гребень зеленый, как киви, и не надо этого бояться.
Фото: © Comando G
Когда вы точно поняли, что все состоялось и ваш подход к винификации финален?
До винтажа 2023 года мы постоянно что-то меняли. Например, 2009-й был запредельно жарким, мы поняли, что гребень нужен, и использовали его на 100%. В 2013-м мы отказались от пижажа. В 2014-м перешли на длительные ферментации. В 2015-м мы думали, что наконец готовы показать все лучшее, но он был слишком жарким и не дал нам шансов, а вот 2016-й оказался идеальным: с этого винтажа можно видеть то наше направление, которое было задумано изначально.
Тонкая настройка продолжается. Мы переходим на более вытянутые емкости для ферментации, желательно из цемента: раньше мы ежедневно поливали шапку суслом (все шутили – «из леечки». – Прим. ред.), сегодня стараемся работать с постоянно опущенной шапкой, при этом сокращаем количество серы.
В 2018 году на всех наших виноградниках появились штамбы, чтобы листовой покров лучше защищал грозди. В 2023-м мы начали переходить на регенеративное виноградарство. Теперь мы либо вообще не вспахиваем, либо делаем это заметно меньше.
Идет более подробное изучение почв и их состояния с точки зрения микроэлементов и жизни внутри, пришло время понимания не просто виноградника, но каждого конкретного парцеля.
Технические протоколы для каждого виноградника и емкости готовы, главная задача на 2026 год – финальная доводка. Сложная задача – вина без добавленной серы. Когда работаешь с длительной ферментацией, это очень непросто, летучая кислотность развивается в момент.
У нас есть уже опыт нескольких винтажей, эти вина еще не вышли на рынок, и вряд ли вы их увидите под классической этикеткой. В этом смысле нам нравится подход домена Simon Bize в Бургундии, у которого есть классическая линейка, а есть натуральные вина типа Aka, Shiro, Akatcha.
Участок Rumbo al Norte. Фото: © Comando G
Фактор винтажа крайне важен в Гредосе, погодные условия меняются год от года самым радикальным образом. Если упростить, то как можно классифицировать урожаи?
Я бы выделил три категории. Жаркие и сухие, которые откровенно не доставляют удовольствия, но именно они нас научили многому, потому что они дают полную противоположность того, что мы ищем. Это 2022, 2019, 2015, 2012 и 2009-й. Дальше хорошие, но не выдающиеся, может, в них чуть больше фрукта, чем хотелось бы: 2024, 2020, 2017, 2014, 2013, 2011 и 2010-й. Идеальные и магические, как год кометы, – это 2025, 2023, 2021, 2018 и 2016-й. Раньше мы думали, что лучшими были четные, но потом пришел 2021 год, и все изменилось.
Есть и годы, которые могли дать выдающееся вино, но этого не случилось: 2007-й был отличным, но проект еще не стартовал, 2010-й мог дать роскошные вина, но мы были не готовы, в 2013-м не были готовы виноградники.
Мои любимые винтажи: 2018-й – он не был настолько идеальным, как 2016, 2021 или 2025-й, но был очень радикальным, более зеленым и травянистым в профиле; и 2014-й – настоящий экстрим, очень много дождей, много жары, это был год, когда мы многому научились, был ботритис, мы потеряли много вина, Rumbo al Norte вообще не вышло. Очень сложный год, ставший для нас классическим.
Фото: © Александр Платонов
Раньше часто можно было услышать сомнения, что вина с такой низкой экстракцией, особенно из гарначи, не имеют большого потенциала хранения. Что можете сказать по этому поводу?
Потенциал выдержки вина – это открытый вопрос. Раньше считалось, что лучшие вина – те, которые могут жить десятилетиями, классика XX века. Но вопрос: есть ли в них энергия, не живут ли они за счет огромного количества сульфитов? Когда мы начинали, нас действительно критиковали, говоря, что эти гарначи не будут жить в бутылке, потому что в них нет экстракции. А как же белые вина, которые совсем не держат на кожице? Бургундия, Луара, Мозель – разве они не живут?
Они в идеальной форме и через пару десятков лет, в отличие от некоторых испанских красных начала нулевых с 200% нового дуба и огромным количеством цвета и танина, – сегодня эти бутылки мертвы.
Наши вина имеют скелет – это танин и кислотность, они дают хороший потенциал. Мы открывали вина, что делал Дани в 2007 году, – они чуть потеряли свежесть, что нормально, но не жизнь.
Пару лет назад была вертикальная дегустация всех винтажей Rumbo al Norte: 2011 и 2013-й в отличной форме, La Bruja 2013 тоже. Возьмите вина Château Rayas, в которых нет ни жесткой экстракции, ни высокого уровня танина: они выходят через 10 лет после винтажа – и ничего, они замечательно живут.
Другой важный момент – в изменении потребителя. Когда он слышит, что вино будет готово через 10 лет, он предполагает, что это время оно проведет в погребе винодельни, как в случае с Tondonia, а не у него дома.
Пример бордо, что все хуже продается на примерах, это только доказывает. У нас был период жизни, когда мы пили много старых вин. Порой это ощущение железа, крови – прекрасно, но вино не дает ничего больше. И начинаешь задумываться – а не стоило ли его выпить лет 15 назад? Нет единственно верного ответа относительно того, когда нужно пить вино.
Да, мне нравятся наши вина через три года после выхода больше, чем через год: тогда наиболее активно проявляется минеральность. Но хочу ли я обязательно ждать пять, семь и десять лет? Не думаю. Гарначи Comando G не про фруктовость, поэтому не нужно долго ждать, чтобы она успокоилась и активно проявился терруар.
Фото: © Илья Кирилин
Винный бизнес для начинающих
Из «школы Comando» вышло немало виноделов новой волны, при этом вы сами продолжаете не только учить, но и учиться.
Мы много работаем с консультантами и стажерами, потому что нужно постоянно искать лучшие пути. Например, Рикардо Перес Паласиос довольно давно практикует регенеративное виноградарство. Мы поначалу не были уверены в том, что в скупом на питательные вещества Гредосе это возможно. Но он познакомил нас с Маргарет из Жюры – и она ведет этот проект, мы видим первые результаты.
Также сейчас идет работа по созданию фермы прямо на винодельне, выделению не просто парцелей, а микроучастков с конкретной микробиологией, еще более глубокому изучению почв с Педро Паррой**.
Важно, что в такой работе мы учимся друг у друга: Педро после Гредоса сильно изменил собственный взгляд на Итату и Био-Био. Раньше он работал по-бургундски, и однажды мы задали ему логичный с нашей точки зрения вопрос: «Почему ты работаешь с сенсо на граните так же, будто это пино на глине и известняке?»
Педро Парра. Фото: © Comando G
Работа со стажерами тоже важна. Например, из El Bulli*** вышла целая плеяда топовых шефов современности, каждый со своим взглядом и стилем, но многие формировались именно там.
Поэтому мы любим работать с молодыми людьми со всего мира. Недавно был парень с Крита. Их местный сорт коцифали чем-то похож на гарначу, у него тоже тонкая шкурка, и он набирает много алкоголя.
Посмотрев на наши подходы, он попробовал их на своем терруаре, и теперь его вина просто не узнать. Это не значит, что нужно брать под копирку то, что увидел в успешном проекте, – все нужно пропускать через себя. Но все же увидеть потенциал за пределами традиций это помогает.
** Педро Парра – чилиец, самый «модный» мировой консультант по почвам, известный как Доктор Терруар, сам винодел на юге Чили (хозяйство называется Pedro Parra y Familia, и его вина представлены в Simple Collection). Интервью с Паррой было в SWN, в майском томе 2024 года с Марко Симонитом на обложке (том 166 в архиве на сайте swn.ru).
*** Ресторан Феррана Адрии в Росасе (Коста-Брава), легенда молекулярной гастрономии, пять раз становился лучшим рестораном мира по версии The World’s 50 Best Restaurants (2002, 2006, 2007, 2008, 2009). В 2011-м закрылся, превратившись в кулинарный фонд.
Сегодня Comando G выглядит как полностью сформировавшийся проект. Но часто, общаясь с молодыми сомелье, можно услышать странное мнение, что это был успех с первых дней, мол, ребятам повезло. На деле явно было не так?
Часто за тем, что есть сейчас, не видят прошлого. Нашей целью не было делать вино на 100 баллов по Паркеру – мы просто хотели делать вино и жить этим, и не только в собственном проекте, но и в тех, где мы были наемными работниками. И когда стартовали, это было сложно назвать успехом. В Испании был сложившийся рынок и стиль иберийских вин, над нами смеялись, что мы пытаемся продать «воду из шланга после мытья емкости» – вина, в которых не было цвета, танина и экстракции в обычном их понимании. Это были вина против системы. Рынок был иным. В Мадриде пили риоху и риберу, не было винных баров и современных ресторанов, даже фудкортов на рынках.
Мы начали с экспорта, на который приходилось 95%. США, Великобритания и Япония стали первыми рынками, которые открыли сознание и дали Испании шанс на то, чтобы быть не только темпранильо со звучным названием на латыни.
Фото: © Comando G
Сегодня мало кто вспомнит, но первые этикетки Comando G не имели ничего общего с теми, которые известны сейчас всему миру.
О да, это была другая история. Мы начинали с веселых, вдохновленных комиксами этикеток. Это отражало момент, мы были более молодыми, драйвовыми и прогрессивными, плюс сам проект был как хобби, что и становилось понятно по этикетке. Но когда все стало серьезно, пришло время отразить это и в дизайне, который поменялся с 2012-го винтажа на винах с отдельных виноградников, а с 2014-го и на Bruja de Rozas.
Новые этикетки стали не только более серьезными и классическими, они были призваны работать как инструкция к применению. Гредоса не существовало в умах и винных картах, поэтому нужно было сначала четко обозначить логику: «Сьерра-де-Гредос, конкретная долина, деревня и парцель», чтобы уже по этикетке можно было идентифицировать происхождение вина.
Концептуально мы похожи не на Риоху и Риберу с их классификациями по выдержке, а на Приорат, в котором выделены деревни и есть понимание стиля каждой из них.
В Гредосе в какой-то момент мы работали аж в 12 вилляжах, и, поверьте, они сильно отличаются между собой, так же, как в Бургундии, Долине Роны или на Этне.
