Контуры
Гранитные холмы расположились в районе Малмсбери. Там и сосредоточено большинство из самых известных хозяйств региона. Ближе к побережью больше равнин, виноградники растут на песчаных почвах.
Инфузия магмы
Многие слышали, что «Свортленд» значит «черная земля» на африкаансе. Но не надо думать, что там черноземы. И не застывший вулкан, не совсем. На самом деле название региона связано с местным эндемиком renosterbos – носорожьим кустом, который становится черным после дождя.
А почвы в Свортленде разнообразные, что подталкивает виноделов расширять свои коллекции вин с отдельных участков. Например, у Mullineux имеются красные и белые кюве Granite, Iron и Schist – с гранита, железистого гравия и сланца соответственно.
Магма – так тоже кто-нибудь из местных мог бы наречь свое вино, если бы это название уже не было занято Франком Корнелиссеном с Этны. Вулкана в Свортленде не было, однако коллизия (столкновение) континентов миллионы лет назад привела к прорыву из недр земли магмы, пропитавшей сланцы: при кристаллизации она образовала гранитные холмы, которые торчат из земли обнаженными в районе Малмсбери.
Строение почв способствует тому, что корни лоз уходят очень глубоко вниз: говорят, это ключ к высоченной кислотности, которую виноград сохраняет несмотря на сухой и жаркий климат африканского лета.
Самые важные сорта региона – шенен блан и сира, последний часто смешивают с гренашем и мурведром для вин в южнофранцузском стиле GSM (Grenache + Syrah + Mourvèdre). Внимание уделяется также сенсо.
Нынешние вина региона сильно отличаются от того, что тут производили раньше. До прихода винных гиков красное вино здесь было мощным, с высоким содержанием алкоголя. Сегодня же под красным свортлендом мы подразумеваем сбалансированные вина крепостью, редко превышающей 14,5%, с аккуратным, но при этом сочным танином.
Что касается шенена (его в ЮАР называют «стин»), в Свортленде наблюдается рекордное количество старых лоз этого сорта, долго служившего южноафриканцам «рабочей лошадкой». Сейчас к нему поменялось отношение: свортлендские шенены по сложности и глубине стали соперничать с классикой жанра из Долины Луары. Другие белые сорта южноронской группы – гренаш блан, марсан, вионье – тоже хорошо адаптированы к климату Свортленда.
Пионеры
Многие из виноделов региона являются частью движения Swartland Independent. Его костяк представляют Дэвид Сэди из David & Nadia, Крис и Андреа Мёлинью из Mullineux & Leeu Family Wines, Ади Баденхорст из AA Badenhorst, Калли Лоу из Porseleinberg и Крейг Хокинс из Testalonga.
Главные ценности организации – минимальное вмешательство в процесс и минимальное использование химикатов. Например, Ади Баденхорст совсем не орошает виноградники, полагаясь только на дождь (что для ЮАР редкость). При этом он использует мульчирование для сохранения влаги в почве.
В конце нулевых – начале десятых, хоть модернисты из Swartland Independent и понимали, насколько их вина удивительные, привлечь внимание на международном уровне было сложно – никто не знал, что такое Свортленд. Тогда Марк Кент и его соратники решили организовать фестиваль Swartland Revolution, чтобы влюбить людей в этот регион. Фестиваль успешно проходил в ноябре с 2010 по 2015 год. С тех пор вина некоторых хозяйств стали настолько востребованными, что они завели системы с аллокациями и подписные листы на свои топовые кюве.
Иллюстрация на обложке: © Татьяна Платонова.
