Сорт менсия

Старые добрые легенды

Официально признанной теории происхождения менсии нет, но без монахов не обошлось, ибо север Испании был первой туристической тропой для паломников, которые шли поклониться останкам святого Иакова в Сантьяго-де-Компостела. Город, кстати, до сих пор привлекает тысячи не только верующих, но и желающих проверить себя на прочность, пройдя пешком всю страну. Причем самые активно верующие могут еще и увидеть в деле самое большое кадило весом в 80 кг. Им пользуются всего четыре раза в год, но если вы особенный клиент, готовый потратить чуть больше 500 евро, то специально для вас и всей толпы его введут в дело.

Как бы то ни было, но местные любят вспоминать бургундских монахов, которые принесли свои сорта, а те уже смешались с неизвестными локальными. Впрочем, генетика это не подтверждает: последние анализы не дают сходства с гаме, пино нуаром или шардоне. А может, стоит смотреть южнее, ведь не зря же местная бастарда, она же меренсао, оказалась труссо из Жюры? Хотя лучше в сторону Португалии, местный жаэн есть брат-близнец менсии.

Физиология менсии

У менсии небольшие грозди и мелкие ягоды, причем они довольно легко атакуются всевозможными грибковыми заболеваниями, что в Галисии далеко не редкость. Молодые лозы или виноградники на сильно плодородных почвах, которые часто встречаются на равнине в Бьерсо, дают довольно высокую урожайность, и традиционно такой виноград шел либо на розе, либо на молодые красные с карбоникой, ибо цвета мало, алкоголь не самый высокий, кислотность не выпирает.

Куда более интересный результат получается на старых лозах и бедных почвах: менсия любит и сланцы, и пески, и даже известняк, но найти его в Бьерсо и Вальдеоррасе – редкость. Зато получается вино высокой минеральности, с очень свежим ягодным характером, где часто выделяют шелковицу как основной тон, с интересной животностью и очень долгим послевкусием. Главное – успеть с моментом сбора: менсия быстро теряет кислотность и набирает алкоголь, полностью меняя характер с тонкого и изысканного на спелый и плотный. Не верите – спросите Рауля Переса: Viariz La Muria 2021 получило 100 баллов по Паркеру, тем самым исполнив мечту главного ценителя сорта, а вот в следующий винтаж повторить результат не удалось – виноградник слишком далеко в горах, поэтому к нему просто не успели.

Долгое время менсию сравнивали с пино нуаром. Кто это придумал – уже не вспомнить, но это сыграло с ней злую шутку. Ибо мода началась в нулевых годах, когда пино нуар пока еще не был столь популярен, как сейчас. И поначалу сравнение работало: если проводить параллель между Бордо и Бургундией, то Галисия и Бьерсо отличались в сторону куда большей свежести, чем Риоха и Рибера, сделанные на манер Бордо.

Но по мере того, как мир заново распробовал пино нуары, он понял, что менсия все же не похожа на бургундца, каким бы терруарным сортом она ни была. Ну слишком разные профили. Поэтому и пришлось искать иные маркеры, и во Франции они нашлись в двух долинах – в Луаре и Роне, ибо менсия одновременно похожа своей свежестью, цветочностью и иногда зеленью на каберне фран, а сочной ягодностью и диковатостью – на сира. Хороший получается набор, хотя чем дальше, тем больше высказываний, что не надо никаких сравнений, менсия – сама по себе и заслуживает отдельного упоминания.

Где ее искать

Менсия требует относительной прохлады, поэтому в Испании она сосредоточена на северо-западе. Можно было бы сказать, что только в Галисии, но это было бы неверно, ибо слава ее идет из Бьерсо, а он принадлежит к Кастилии-и-Леону, как и Рибера, Руэда и Торо. Но стилистически это совсем иная история, здесь даже архитектура другая, да и люди ближе по характеру к галисийцам, нежели к суровым кастильцам. Поэтому забываем про вотчину темпранильо, нам важно влияние Атлантики.

Здесь оно заметно, поэтому винтажи могут изрядно отличаться. Проще всего их понять по этикеткам вина Petalos del Bierzo от Паласиосов: в зависимости от характера винтажа автор этикетки меняет цветовую палитру. Да и сам сорт хорошо отражает терруар: здесь у нас два направления – горные участки на сланцах Корульона, где главные – те самые Паласиосы, и относительно более равнинные истории на глине вокруг Вальтуилье, где главным был, есть и остается Рауль Перес.

До Галисии отсюда рукой подать, а точнее, через туннель переехать. И добро пожаловать в Вальдеоррас. Про него все знают как про регион белых вин из сорта годельо, который еще один Паласиос по имени Рафаэль довел до вершины творения и 100 баллов по Паркеру, но менсия здесь тоже хорошо себя ощущает. За ней стоит обратиться в Тельмо Родригесу, риоханцу с мадридской пропиской, что открыл для нас многие забытые исторические зоны, даже за Гредос во многом стоит сказать спасибо именно ему. Как описать стиль местной менсии? Более свежий и сочный, чем в Бьерсо, но не настолько минеральный, как в соседней Рибейре-Сакре.

И здесь менсия возвращается на пьедестал, ибо среди красных она главная. Героические каньоны рек Силь и Миньо, жесткие сланцы, постоянная влажность и практически невозможные условия для труда человека, у которого боязнь высоты. Здесь менсия достигает своего второго предела, показывая экстремальную минеральность, обилие красных кислых ягод из северных широт, трав и даже каких-то кровянистых тональностей. Рибейра-Сакра и Бьерсо – это красное и черное, день и ночь, это два почти противоположных профиля сорта. И оба прекрасны.

Что еще остается в Галисии? В Риас-Байшас слишком влажно, там из красных куда лучше себя ощущают каиньо и эспадейро. Рибейро и Монтеррей, две оставшиеся зоны, ощутимо теплее, да и вчистую на менсию здесь мало ставят.

Ручной терруар

Важно учитывать, что менсия отражает не только терруар и в особенности почвы, на которых она растет, но и стиль винодела. Здесь можно выделить сразу несколько направлений. Первые – кооперативы, которые так и не поверили в менсию, поэтому делают из нее простецкое вино на каждый день, питкое, свежее, но без претензий. Пьешь такое, радуешься жизни, но не понимаешь, откуда столько разговоров про менсию.

Дальше идет культ приверженцев темпранильо, а точнее, его спелой и бочковой стилистики. Популярная в нулевых по всей стране история продолжается: высокий алкоголь, новая французская бочка, максимально возможный цвет и концентрация – это предел мечтания таких виноделов. Даже в Бьерсо они есть.

Но своей славой менсия обязана не им, а двум семьям визионеров – Паласиосам и Пересам. Первые родом из Риохи, Альваро стал известен на весь мир как один из спасителей Приората, а здесь оказался с племянником Рикардо Пересом Паласиосом. Рауль Перес (не родственник, но однофамилец предыдущего, а в Испании Пересов примерно как Петровых в России) – из местных, родом он из Вальтуилье. И в первые годы гранды Бьерсо даже умудрились поработать вместе, чтобы потом основать два абсолютно разных движения. Паласиосы – это менсия с холмов и сланцев, сертифицированная биодинамика, но кристально чистая, звонкая и очень округлая, к этим винами невозможно придраться. Как и к самой винодельне авторства Рафаэля Монео.

Рауль Перес работает иначе: по его словам, главным примером ему была бабушка, родившаяся еще в конце XIX века, именно она настроила его на принципы минимального вмешательства. Это вина с характером, они совсем не про стерильность и чистоту, они поражают, заставляют задуматься и нравятся далеко не всем. Такие разные подходы, но оба оказались достойны высшего балла по Паркеру.

На этом наследие не заканчивается: из-под крыла Рауля Переса вышло новое поколение молодых виноделов, у каждого из которых свой стиль. Наваррец Диего Маганья делает самые строгие и закрытые; Сесар Перес, племянник Рауля, самые тонкие и близкие к гарначе из Гредоса (автор имеет личный интерес к этому сравнению); дочь тореадора из Кадиса Вероника Ортега ищет известняки, высоченную кислотность и самый холодный стиль. Официальной сертификации нет, поэтому с оценкой можно поспорить, но не с влиянием Рауля – благодаря ему в его деревне Вальтуилье, где живет 70 человек, сегодня целых 17 проектов, а участок Раполао стал настоящим аналогом бургундского гран крю, где сколько виноградарей, столько и мнений.

Соло и в компании

Далеко не всегда мы говорим о менсии в чистом виде, это современное изобретение, ибо традиционная она всегда шла в ассамбляже. Главное знать, с чем смешивать. Про истории с темпранильо стоит забыть: поженить их в одной бутылке почти невозможно, хотя этим грешат многие супермаркетные «менсии», выходящие под аппелласьоном Vino de la Tierra Castilla y Leon. На этикетке – менсия, а внутри – явно заметная часть темпранильо для силы и мощи, причем часто выше разрешенных показателей. Пара таких случаев даже привела к судебным искам против виноделов, но это совсем другая история.

При слове «Бьерсо» в голове сразу рисуется менсия. Но она там не одна: на старых участках примерно 10% лоз – это другие сорта, с обязательной белой доньей бланка и красной гарначей тинторера. Они добавляют и кислотности, и цвета, и хотя достаточно редко попадают на этикетку, зато очень радуют виноделов – они вообще любят полевые бленды. Таки наши предки что-то знали.

В Галисии еще сложнее, здесь почти повсеместно высаживали все подряд, а в Рибейро до сих пор верят в силу ассамбляжа против сортовой истории. Акцент на менсию в чистом виде начался после нашествия филлоксеры, до этого сорт был миноритарным, а на виноградниках чего только не встречалось: меренсао, брансельяо, соусон, каиньо лонго и компания. Так что поди их разбери, где, кто и за что отвечает.

Виноград не знает ни политических, ни административных границ, ему куда важнее климат и почвы. Поэтому менсия прекрасно ощущает себя и в Португалии, а точнее, в одном из топовых регионов Дао, где ее называют жаэн. И это довольно интересная история: гранит, прохладный высотный климат и очень минеральное вино. Если испанские менсии принято пить молодыми (да и винтажи постарше найти сложно), то здесь можно запросто посмотреть на потенциал сорта, а он у него ого-го какой.

Гастрономические тренды

Сколько менсий, столько и сочетаний. Сорт может демонстрировать очень разный характер, поэтому и теория пейрингов будет максимально широка.

Начнем с самого простого стиля молодой менсии из Галисии – с не самым высоким алкоголем, средним телом и яркой, иногда даже одномерной ягодностью. Те самые менсии на каждый день, что так любят галисийцы, – когда пьешь, и с каждым глотком хочется еще. Здесь отлично подходит главный специалитет региона – осьминог по-галисийски. Обильно политый оливковым маслом и посыпанный паприкой, он перестает быть чистым морепродуктом и требует молодого и сочного красного.

То же самое касается тортильи из Бетансоса, самой жидкой и с картофелем, нарезанным на миллиметровые слайсы, – с таким сложным блюдом хорошо работает менсия. Здесь же остаются любимые испанцами (и не только) рагу, где и мясо, и овощи, и бобы, и специи, – это вино справится со всем на тарелке.

По мере повышения концентрации и спелости менсии мы переходим к более серьезным блюдам. Стейк из старой галисийской коровы, пожалуй, стоит оставить для темпранильо с бочкой, а здесь запросто можно поработать с сесиной (аналогом хамона из говядины), бараниной, дичью и обязательными грибами: они с менсией особенно хороши.

Ну и нельзя забывать про главный овощной специалитет Бьерсо – роскошные сладкие красные перцы на углях – настоящий деликатес, который требует местного винного сопровождения: легкие пиразиновые оттенки в менсии идеально сочетаются с этим дымным, чуть прижаренным и мясистым овощем.

Вина, которые стоит попробовать

Descendientes de J. Palacios Pétalos

Самое знаковое вино региона, по бутылке которого можно судить и о характере винтажа, и о потенциальной любви к менсии. Ассамбляж виноградников в окрестностях Корульона, бережная экстракция и самый «чистый» подход к биодинамике, что можно представить. Менсия из учебника по элегантности, образцовая работа.

Veronica Ortega ROC

Сложно понять, как после работы в DRC и у Альваро Паласиоса уроженка солнечной Андалусии решила остаться именно в сером и часто печальном Бьерсо, но это во многом определило современность региона. У Вероники свой путь и дорога, она ищет кислотность, строгость и максимальную шелковистость во вкусе. А может, не зря менсию с пино нуаром сравнивали?

Raúl Pérez Valtuille

Пожалуй, даже сам Рауль Перес не знает, сколько он делает вин. Это и собственный проект Raúl Pérez, и семейная винодельня Castro Ventosa, и дружеские проекты в Рибейре-Сакре, Леоне и даже с гарначей в Гредосе, но, пожалуй, главным остается его родной Вальтуилье, где он и живет. Яркий, сочный и в каком-то смысле рисковый стиль, он заложил понимание сорта и направил новое поколение на путь истинный.

Envínate Lousas

Рибейру-Сакру встретить не так просто, этот старинный регион героического виноделия дает предельно мало вина, но при этом крайне консервативного, поэтому многие из приверженцев современности и минимальной экстракции работают без указания DO, как квартет из Envínate. Лидеры канарского возрождения облюбованы критиками и на Тенерифе, и в Галисии, – спешите урвать бутылку, пока все не выпили.

Фото на обложке: © Архив SWN.