Морин Дауни: «Подделка вина – очень прибыльное преступление с очень низким уровнем риска»
Морин Дауни: «Подделка вина – очень прибыльное преступление с очень низким уровнем риска»

Морин Дауни: «Подделка вина – очень прибыльное преступление с очень низким уровнем риска»

Анна Кукулина

Автор

27 апреля 2021

«Винный детектив» Морин Дауни приезжала на Simple Congress в 2019 году и тогда же рассказывала SWN о деле Руди Курниавана, которым она занималась. Полгода назад Руди К, как называет его Дауни, вышел из тюрьмы. О том, что же творится с подделками на рынке винных раритетов в 2021-м и появились ли у покупателей новые способы защититься, с Морин поговорила Анна Кукулина.

Как сейчас можно оценить в процентах от общего оборота рынок поддельных вин?

Около 20%, как для любых люксовых товаров. Но, кажется, чем больше мы изучаем этот вопрос, тем больше находим подделок во всех ценовых категориях. Международный центр алкогольной политики (ICAP)* считает, что 30% всех алкогольных напитков в мире – подделка, так что моя оценка в 20% даже консервативна.

В октябре 2020 под Миланом обнаружили фабрику по выпуску поддельной Sassicaia, в Китае в январе-2021 накрыли сеть из девяти фабрик, выпускавших десятки тысяч бутылок поддельного Penfolds. Есть ли мода на подделки и можно ли сказать, что сейчас модно подделывать именно такие вина?

Явный тренд, который мы наблюдаем, – это подделка текущих или недавних винтажей. Раньше печально известные Руди Курниаван и Харди Роденсток занимались старыми винтажами, им приходилось закупать бутылки нужной эпохи и тратить часы на то, чтобы довести капсулы, этикетки и даже пробки до нужного «старинного» вида. Современные технологии и глобальная экономика позволяют тем, кто подделывает вина, приобрести все необходимое: бутылки с точно таким же рельефным тиснением, как у оригинала, капсулы, которые невозможно отличить от настоящих, и этикетки, напечатанные с использованием всех средств защиты от подделки.

Как раз с поддельной Sassicaia это все использовали: и бутылки с оригинальным тиснением, и этикетки с невидимыми чернилами, и правильную бумагу, и фирменные капсулы. У них даже была папиросная бумага, совсем как та, в которую упаковывают настоящую Sassicaia, и такие же деревянные ящики. Как правило, покупатели в итоге так и не догадываются о подделке.

Мы видим подобное во всех ценовых категориях, от Penfolds в Китае до Yellow Tail в Великобритании, от Jayer в Японии и США до Sassicaia и DRC в Швейцарии и Италии. Но все относительно недавних винтажей. И это наша главная проблема: со старыми винами мошенники иногда прокалывались на, скажем, несуществующих крю, а со свежими винтажами все гладко. И некоторые подделки такого высокого качества с точки зрения оформления, что дух захватывает.

Еще одна вещь, которую мы видим практически еженедельно, – это не подделки, а обычное воровство. И отдельные воры, и даже организованные группы
в Восточной Европе и Южной Америке поняли, что украсть и продать настоящую бутылку проще, чем ее подделать. Поэтому мы видим огромное количество краж из винных бутиков, ресторанов, отелей и казино, дистрибьюторских складов и даже из частных домов по всему миру. А непрозрачность рынка делает перепродажу украденных бутылок такой же простой, как продажу настоящего вина.

* The International Center for Alcohol Policies (ICAP) американская неправительственная организация, которая изучает вопросы потребления алкоголя, а также связанные с этим возможные злоупотребления, от пьяного вождения до подделок и изготовления самогона. ICAP проводит исследования в разных странах мира (включая Россию).

© из личного архива Морин Дауни

Действительно ли 2020-й был таким успешным для винных аукционов? И всплывали ли на них те подделки, которые курсируют по миру с начала 2000-х?

Похоже, что был, но результаты 2020-го еще рано оценивать. Для меня и моих коллег самым неожиданным было, что именно в этом году мы вновь увидели на аукционах плохие подделки. Мы были ошеломлены тем, как нагло предлагали к продаже явно поддельные бутылки, которые сделали, наверное, за неделю до аукциона.

Я думаю, некоторые из работников аукционов – ушлые парни, которые проверяют, насколько далеко они могут зайти и остаться безнаказанными. Другие просто выполняют свою работу спустя рукава, а если что-то вскроется, они могут прикрыться тем, что ничего не знали. Но проблема в том, что нельзя быть одновременно экспертом и невеждой, так что эти, вообще-то, тоже выглядят как жулики.

Хорошая новость в том, что такие серьезные аукционные дома, как Hart Davis Hart, Sotheby’s, Zachys и Bonhams действительно стараются сделать все возможное, чтобы проверить все бутылки, которые они продают.

Два года назад вы говорили, что много бутылок Руди Курниавана все еще ходит по миру, могли они появиться и в 2020-м?

И в 2020-м, и в любом другом. На рынке полно бутылок Руди К, которые продолжают продавать и покупать. Я заметила, что некоторые бутылки Руди «портятся», причем буквально: пробки распадаются на куски. Забавно это наблюдать. К сожалению, такое происходит далеко не со всеми его бутылками, только с небольшим процентом.

Некоторые из работников аукционов – ушлые парни, которые проверяют, насколько далеко они могут зайти и остаться безнаказанными.

В целом у вашего агентства было больше работы в 2020-м?

Да, и я, и моя команда работали так много, как никогда раньше. Наша основная работа – управление коллекциями и консультации. Во время пандемии наши клиенты сидели дома в карантине, разумеется, пили вино. Но вдобавок у людей появилось время, они внимательно посмотрели на свои погреба и винные шкафы, и многие поняли, что те нуждаются в организации. Многим надо было провести инвентаризацию, нанести штрихкоды, перестроить систему хранения. Кто-то после инвентаризации обнаружил десятки бутылок, которые они больше не хотели ни пить, ни выдерживать, – их надо было продать. А некоторые, наоборот, выпили за первые месяцы карантина все запасы и отчаянно нуждались в пополнении погребов.

Вот этим всем мы и занимались для наших клиентов. Вдобавок у нас есть клиенты-винодельни. Поскольку в Калифорнии был ужасный год с огромными пожарами, всю его вторую половину мы помогали им заполнять документы для страховых компаний, чтобы они могли получить положенные выплаты.

Крупный бизнес тоже не останавливался, так что еще мы помогали продавать части коллекций бутиковых виноделен, которые приобрели какие-то крупные корпорации. Виноделы, конечно, сами разбираются в ценах и качестве вин, но для некоторых редких образцов им нужна наша консультация по возможной цене и тому, где такое вино можно продать. А сейчас мы работаем над нашим самым большим и подробным отчетом о поддельных винах в истории нашего агентства.

© из личного архива Морин Дауни

И вы, и многие другие эксперты говорили, что Руди Курниаван определенно не мог провернуть всю аферу в одиночку. За прошедшие годы было ли какое-то расследование того, кто за ним стоял?

Насколько я знаю, никаких дополнительных расследований не было. Руди оказался в тюрьме, а у правительства США много других дел. Если бы кто-то решил заняться Джоном Капоном (директором аукциона Acker, через который в основном продавали вина Курниавана. – Прим. ред.), наверное, можно было бы привлечь его к суду за мошенничество, но для этого нужны доказательства и свидетели. Руди не стал свидетельствовать против него, и я думаю, что его ждет за молчание крупная сумма денег за пределами США, после депортации (депортация состоялась в начале апреля. На момент написания материала Курниаван все еще был под стражей в иммиграционной и таможенной полиции. – Прим. ред.).

За эти 10 лет были ли еще случаи, когда кого-то посадили в тюрьму за подделку вина?

Александр Югов, он же Алекс Аникен, отсидел несколько недель и заплатил штраф в €150 000 за то, что подделывал вина Domaine de la Romanée-Conti в течение нескольких лет. Дело против тех, кто подделывал Sassicaia, потихоньку продвигается, может быть, оно тоже закончится реальным наказанием для виновников.

Но в целом, как ни грустно это признавать, подделка вина – очень прибыльное преступление с очень низким уровнем риска. Даже если преступников поймают, наказание будет минимальным.

Если открыть wine-searcher.com и вбить в поиск Lafite 1982 или что-то вроде, можно увидеть десятки предложений от продавцов по всему миру. Есть какой-то способ определить их добросовестность?

Никакого. На сайте WineFraud.com в бесплатной части есть список рекомендованных продавцов. Для обладателей платной подписки доступен «черный список» (те, у кого покупать нельзя никогда) и «серый список» (покупать с огромной осторожностью). Мы участвовали в составлении этих списков. Но, конечно, они включают в себя далеко не всех существующих в мире продавцов вина. Так что увы, но надежного способа проверить продавца, который бы действовал всегда и везде, не существует.

© Сергей Ратанов

Может ли поддельное вино продаваться в солидном винном бутике так, чтобы персонал об этом не знал?

Да, конечно. Часто забывают, что далеко не все, кто продает подделки, – преступники. Многие люди просто выполняют свою работу так хорошо, как могут, только им не хватает знаний. Я готова закрыть на это глаза, если это случилось однажды. Но в целом, если человек идет в этот бизнес и собирается продавать коллекционные вина, он должен в них разбираться, это его обязанность перед клиентами. И мы, и многие другие проводят специальные тренинги для продавцов и консультантов, и если один раз ты уже попался, то ты просто обязан такой пройти.

Почти каждый месяц мы читаем новости о каком-то новом научном способе установить подлинность вина, какие-то из них используются уже на практике?

Нет, потому что все они требуют так или иначе лабораторных проверок, а это долго и дорого. Кто будет отправлять бутылку в лабораторию, чтобы определить, можно ли ее выпить, если это такая морока? Сейчас лабораторные методы используют только для судебных дел.

© Роман Суслов

А по внешнему методу бутылки можно что-то понять?

Неспециалисту невозможно, но и эксперты редко используют методы, которые я называю «косметическими», поскольку они основаны на том, как бутылка выглядит. Сейчас почти невозможно понять по виду, настоящая бутылка перед тобой или нет. Особенно в случае, если бутылки не выглядят как настоящие, а на самом деле являются настоящими, – собранные где-то и наполненные второй раз как безусловно подлинные, со всеми наворотами, включая уникальный номер на этикетке.

Многие хозяйства начали делать специальные метки или QR-коды для подтверждения подлинности, но для их использования нужно, чтобы человек держал бутылку в руках. А люди, которые собираются купить пару и более ящиков дорогого вина на выдержку, редко делают это в магазинах. Такие покупки обычно совершают онлайн, через брокеров или на аукционах – ни в одном из этих случаев потребитель не находится настолько близко к бутылке, чтобы отсканировать код. Еще одна проблема – многие производители делают какие-то «секретные» метки вроде буквы меньшего размера на этикетке или что-то в этом роде, но поскольку это ключ к определению подлинности, то они держат такие вещи в секрете. Так что не то что покупатели, многие продавцы о них не знают. А если об этом никто не знает, то как этим пользоваться?

Если я попрошу вас назвать пять великих вин, которые подделывают реже всего, что это будет?

Harlan Estate – качество настолько высоко, что его невозможно подделать. Domaine d’Auvenay, Château Margaux, Jean Louis Chave, Masseto.

Ваш аккаунт в твиттере @moevino, вы знаете, что по-русски это «мое вино»?

Правда? Нет, я не знала. Мо (англ. Moe) – это мое прозвище всю жизнь. Когда я заводила первый адрес электронной почты, моя итальянская подруга из Нью-Йорка, с которой мы выпили много итальянского вина, зарегистрировала для меня адрес moevino, и это стало моим ником для всех соцсетей. Здорово, что это связано с Россией, мне очень понравилась поездка в вашу страну на Simple Congress. Не могу дождаться, когда я смогу приехать в Россию еще раз, на этот раз я планирую посмотреть на Санкт-Петербург, но и в Москву приеду еще раз с удовольствием.

© архив SWN

Chai Vault
Недавно Сhai Сonsulting запустил собственную систему аутентификации подлинных вин The Chai Method® (TCM®) Authenticator. Bottles' ledger of authenticity and provenance™, онлайн-реестр на основе технологии блокчейн. Информация о бутылках хранится в зашифрованном виде и корректируется при каждой официальной продаже. Значок о том, что бутылка входит в систему Chai Vault, уже используют или собираются использовать многие агрегаторы, включая wine-searcher, а также крупный аукционный дом Zachys.

Фото на обложке: © из личного архива Морин Дауни.

Материал впервые был опубликован в Simple Wine News №139.

  • Анна Кукулина

    Автор

  • 27 апреля 2021

Подпишитесь на нашу рассылку

Подпишитесь на рассылку

E-mail рассылка

Каждый понедельник мы присылаем лучшие материалы недели

Вы подписаны!
Вы подписаны!

Читайте также

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari