В порядочных салонах продажи hi-fi-компонентов принято встречать клиентов чем-то, что поможет раскрыться их глазам, ушам и кошелькам. Кофеманы растают от чашки эспрессо, сладкоежки обрадуются свежему брауни, а поклонники угощений покрепче оценят порцию бренди, а то и не одну. Если все идет по плану, то гость, зашедший «только послушать», не уходит без покупки какой-нибудь стереопары, отличным дополнением к которой станут и вовсе не запланированные акустические и межблочные кабели, гранитные плиты и шипы для «гашения фантомных призвуков, исходящих от пустот в полу». А хорошему человеку, невольно сделавшему другому добряку дневной план, не жалко и полбутылки. Тем более что во время прослушивания записей «самого высокого разрешения» в голове у подогретого меломана как пить дать складываются какие-то образы и аллюзии, поэтому он непременно вернется в эти обитые войлоком стены за полной коллекцией Дайаны Кролл на дорогущих SACD или Вертинским на копеечной потрепанной «Мелодии». Эффект собаки Павлова уже наступил, и продукция армянских винно-водочных комбинатов до конца его дней будет резонировать с канадской джазисткой и русским шансонье, в придачу к которым придется захватить и Клэптона со Стингом, ведь именно они голосили из колонок на посошок, когда продавец торопливо крепил к чеку гарантийный талон.
Впрочем, выработать в себе схожий условный рефлекс можно вполне добровольно, взяв за не очень полезную, но бесконечно приятную привычку вдумчивую апробацию разношерстных напитков под не менее обстоятельный разбор музыкального ассорти по системе русской рулетки (надеемся, что интересы наших читателей не ограничиваются постпанком, и напоминаем, что употребление алкоголя в любых количествах вредит здоровью). Если вдруг окажется, что творчество группы Slayer никоим образом не согласуется с красным вином (хотя именно красное выпускается под этой маркой), пластинку можно сменить и дать шанс Денису Майданову, чтобы уже через минуту-другую, осознав поспешность не вполне трезвого решения и опешив от наличия в доме диска этого заслуженного артиста, продолжить эксперимент при участии подвернувшегося под руку итало-попа, с которым не подружится разве что абсент, подружить который сложновато с любой музыкой. Но тут поможет Диаманда Галас или Мередит Монк – обе способны как вправить мозги, так и вывернуть их наизнанку в зависимости от поставленного себе дегустатором диагноза, а зеленая субстанция (непременно швейцарская, да повыше градусом) безотказно усилит эффект.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
Почему-то принято считать, что схожее воздействие на психику оказывает тяжелая музыка экстремальной направленности, прославляющая Тьму и Муки Ада. Тем временем самые лютые норвежские блэкари не первый год гроулят и скримят под валторны и литавры симфонических оркестров, в перерывах между актами льется просекко, а в вип-зону приносят пасту и суши. И до, и после, и даже во время таких шоу весьма крепко спится, а демоны являются разве что к тем, кому этого самого просекко почему-то не хватило.
И раз уж нам вспомнились литавры, то есть резон изобличить тот самый «коньячок», который вынуждает фанатов классики некрасиво отбывать в кафетерий за пару минут до антракта, чтобы опрокинуть рюмку чего-то дагестанского и закусить бутером с докторской – зато без давки. В то время как граждане с передовым мышлением млеют от кантат и сюит под самый что ни на есть лонг-айленд, который смешивается любым буфетчиком, за двести призовых рублей готовым устранить излишнюю сладость экстра-порцией джина. Во-первых, коктейль упакуют с собой под видом входящего в его состав лимонада, а во-вторых, всего один литр этого приятно холодящего внутренности микса позволит не думать об очереди в бар до самого эпилога (очередь в уборную при столь значимом объеме – тоже проблема, но и для ее устранения найдутся эффективные и современные решения, озаботиться которыми лучше загодя). Правда, есть риск, что «Лючия ди Ламмермур» с того момента может отождествляться с головной болью, обложенным горлом и кишечными коликами, но он определенно того стоит.
Коньяк и шампанское востребованы не только в среде театралов, но и в трущобах, где представители хип-хопа толкают исповеди о мытарствах криминалитета, парадоксально совмещенные с читками на тему красивой жизни в окружении благородных французских напитков, хотя о совместимости массивного бита и нецензурной лексики с плодами усилий трудяг из галльской глубинки мы бы поспорили – и без всяких проверок на соответствие. Этим «детям улиц» битбоксы и панчлайны на роду написано запивать баночной «прозой», а до «хенни» и «клико» им еще пилить и пилить, пугая ворон и собак громыхающим басом.
А вот услышать в наше время этнику и фолк, к которым можно отнести и монгольское горловое пение, и африканские барабаны, и кельтскую арфу, – считай, к удаче. Подобрать созвучную им жидкость сложно, но можно – стоит только закрыть глаза, войти в транс и наугад взять с полки бутылку, доверившись духам праотцов, которые дружно слетаются на звуки окарины и гуслей и с выбором уж точно подсобят. «Шумел камыш» и «Вдоль по Питерской» напрашиваются на более очевидный союз, но если отбросить затертый стереотип о нерушимой дружбе балалайки с водкой, то сойдет и самбука, тем более что ретро в моде. К стопке «беленькой» же вместо хора имени М. Е. Пятницкого можно приобщить Тома Уэйтса, который и в танце закружит, и прореветься даст. Не фолк, но дядька разбитной.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
Кстати, о ретро… Подзабытые нынче new age и эмбиент часто путают, хотя сведущий пурист ни за что не поставит их в один ряд: первый киногеничен и почти всегда имеет четкую композиционную структуру, второй же может представлять собой бесформенное фоновое полотно, заполненное, тем не менее, мириадами нюансов. И от того и от другого по коже бегают приятные мурашки, ванна сама наполняется горячей водой, а бокал – портвейном tawny, не слишком сладким, с умеренной кислинкой, нотами изюма, орехов и специй. Все естество наливается негой, просветлением и небывалой уверенностью в завтрашнем дне, потому что ты, рантье и бездельник, больше не ставишь будильник и не маринуешься в душной маршрутке. За этот яркий, но краткий сон отвечали Лорина Маккеннитт и один прославленный португальский Дом, способные подарить сибариту уникальные мгновения, на час-другой исключающие из быта подъем в шесть тридцать и маршрут Строгино – Выхино. Не исключено, что пряный ром с клюквенным морсом и сборник хитов Джорджо Мородера возымеют схожий эффект, но танцы на запотевшем кафельном полу санузла категорически не приветствуются.
Не наводить вообще никаких мостов между выпивкой и музыкой – это тоже здоровая привычка. Так, у автора этих строк пауэр-металлисты Sonata Arctica ассоциируются с поездками в метро, а творчество Робби Уильямса – с путешествиями на более дальние дистанции. И те и другой отменно помогают справиться с тяготами пребывания в битком набитом социуме, спастись от которого можно, только полностью растворившись в звуке. И никакого алкоголя! Другое дело, что такой пресный расклад никак не вяжется с темой наших размышлений. Поэтому к студеным опусам суровых финнов (и целому сонму их волосатых собратьев по перу) уместно подать шотландскую «сажу», которая своими дымно-аптечными свойствами развеет тяжкие думы и закружит в хороводе вокруг костра, то и дело взрывающегося искрами от жира, стекающего с жертвенного барашка прямо на угли. Впрочем, находясь в условиях городских построек, с огнем лучше не играться, поэтому после тщательного ополаскивания рецепторов угодить Одину можно копченой грудинкой с бородинским, которые отлично вписываются в данный органолептический контекст, да и в Валгаллу на голодный желудок лучше не снаряжаться.
Иллюстрация: © Татьяна Платонова
В наш скромный обзор среди прочих многочисленных жанров не попали нойз, шугейз, дабстеп, мат-рок, стоунер и ска, что объясняется скудным опытом автора по части построения соответствующих алкомбинаций. Хотя есть все основания полагать, что выпивать и закусывать под аккорды ряда таких музыкальных деятелей не только неуместно, но и вредно для здоровья, тем более что наилучшему восприятию некоторых из них, по идее, должны способствовать иные субстанции.
Отдельную нишу в этом непростительном вакууме занимают барды (не исключая исполнителей блатной песни), актуальность которых, как представлялось, осталась в далеком прошлом. Тем не менее одному фестивалю авторской песни, по некоторым данным, под силу собрать аж несколько десятков тысяч слушателей, а небезызвестное шоу на одном из ведущих ТВ-каналов, по слухам, и вовсе привлекает миллионы – как в душах, так и в валюте.
Специально ради максимальной жанровой комплектации данного материала ваш покорный слуга уставил стол перед ТВ всеми имевшимися в его распоряжении бутылками: в полной боевой готовности своего часа ждали писко, потин, айвовый джин, тутовый арцах, пино де шарант, умэсю и вьетнамский ром. Оценка проводилась в полном одиночестве и при максимальной концентрации внимания к упомянутому телеконцерту, который изобиловал ряжеными в образах шпаны и то и дело прославлял ценности уголовного мира – с юморком, огоньком и даже умилением. «Конкурсные» образцы при этом из рук вон плохо ложились на органы чувств, которые, в свою очередь, наотрез отказывались обмениваться с мозгом данными, потому что мозг помимо воли его владельца отвлекался на логичное сопоставление хип-хопа и «блатняка», в итоге породнив два этих явления. Воодушевленный отпавшей необходимостью переводить хороший продукт, вышеподписавшийся мысленно пожелал авторам «дорогой передачи» переложить «Гоп со смыком» на речитатив, добавить грува и междометий типа «кмон» и «йоу» и наречь мутанта именем блат-хоп. Права не защищены и защищаться не будут. Не благодарите.
Иллюстрация на обложке: © Татьяна Платонова.