Мода, джинсы, круглый стол, просекко
Не будем вдаваться в подробности фундаментальной социологической теории, определяя, что такое мода, но отметим несколько ее свойств. Мода носит цикличный характер и задает коллективное ощущение того, что в данный момент актуально, а что устарело. У этого явления есть две функции: делать людей похожими друг на друга и одновременно подчеркивать их отличия.
Например, нося джинсы со стрелками в 2025-2026 году, человек, с одной стороны, выделяется среди окружающих (сегодня стрелки на джинсах встречаются нечасто), а с другой – сближается с другими «наблюдателями» модных домов Balmain, Céline или Maison Margiela, которых в Москве можно встретить на определенных светских событиях – как торжественных, так и неформальных.
Здесь важно отметить, что следование моде не всегда – и, можно сказать, почти никогда – не означает следование чему-то принципиально новому: модные тренды нередко отсылают к далекому или недавнему прошлому. Однако, с точки зрения самого субъекта, это следование воспринимается как нечто «свежее».
Аналогичные процессы можно наблюдать и в мировой индустрии виноделия и потребительского выбора вина. Например, всем известный «особый» спрос на категорию просекко или описанный Фрэнком Дж. Прайалом в The New York Times тренд ABC (Anything But Chardonnay – «все что угодно, только не шардоне»; подробнее об этом – в тексте Валерии Тенисон) нетрудно трактовать в рамках указанного выше понимания моды как признак «неактуальности» и «устарелости» шардоне в 1990-2000-х годах. Сам выбор следовать тренду ABC можно интерпретировать, с одной стороны, как желание отличиться от «других» («не разбирающихся» в вине, которым «все равно, что пить» в ситуации, когда белое вино фактически отождествлялось с шардоне), а с другой – как стремление уподобиться «своим» (то есть тем, кто в вопросе «разбирается»).
Благодаря фиксации этих наблюдений многоуважаемым Прайалом и его коллегами сегодня мы имеем представление о модах и тенденциях винного мира 1990-2000-х годов в США и других странах. Но что можно сказать о России и российском вине?
Помимо нескольких заметок о том, как в 2010-х в России появляется «новое» оранжевое вино («новое» лишь условно, поскольку подобные вина были известны и раньше, в том числе на территории России и СССР), а также о том, в каком стиле российским сомелье лучше продавать вина по бокалам, обнаружить что-либо еще будет не так просто. Таким образом, необходимость зафиксировать уже ушедшие тенденции – и вместе с тем определить, что в российском вине становится актуальным и «вне времени», – напрашивалась сама собой. Но как «фиксировать» моды в российском вине?
Интуитивным кажется проведение простого статистического социально-экономического анализа данных о том, какие стили вина и как потреблялись за последние 10-15 лет. Однако, даже если бы кто-то все эти годы регулярно собирал такие данные (а их, по всей видимости, нет), из их анализа можно было бы вывести лишь общие свойства структуры потребления вина, отражающие распространенность конкретных стилей и способов их рекламы, но не сам ориентир того, что воспринимается как «актуальное», а что – как «устаревшее».
Для таких целей продуктивнее встретиться с влиятельными представителями индустрии, которые давно следят за российским вином и обладают артикулированным «ощущением» даже самых легких веяний моды в этой сфере. Такой метод можно сравнить с тем, как иногда работают этнографы и лингвисты: чтобы узнать, считается ли какое-то слово «приличным» или, например, «устаревшим» среди жителей конкретного города, не нужно опрашивать сотни людей – достаточно взять нескольких специально отобранных, наиболее интегрированных в языковые нормы представителей и обстоятельно их расспросить. Так и был проведен круглый стол.
Фото: © Евгений Колосков
Таким образом, с точки зрения влияния и осведомленности о модных тенденциях можно выделить четыре типа участников. Во-первых, это институционально влиятельные эксперты. Эту категорию представлял Дмитрий Мережко – один из самых авторитетных винных журналистов России, влияющий на ключевые винные рейтинги, образовательную повестку и публичное обсуждение вина в профильных медиа.
Во-вторых, это публичные независимые винные деятели – аналогично первой категории создающие контент о вине, но вне институциональных структур, в качестве «народно-признанных» инфлюенсеров. Эту категорию представляли Дмитрий Евтеев, независимый критик и автор канала «Цитрон Цюрупинский», а также Гертруда Кузнецова – пионер и одно из ключевых лиц российского винного туризма.
В-третьих, это независимые публичные производители: к этой категории относились Арсением Гордиенко, сомелье и винодел, и Дмитрий Малко, беверидж-директор Urban Winery.
В-четвертых, это институционально «крупные», то есть промышленные производители; однако эта категория оказалась труднодоступной.
Вышло из моды
Сахар. Наиболее явной тенденцией, озвученной всеми экспертами, стало снижение содержания сахара в винах. В частности, отмечалось падение актуальности полусухих и полусладких вин в пользу сухих. Гертруда Кузнецова подчеркнула, что эта тенденция очевидна, однако у таких вин все же есть шанс найти свою нишу, хотя конкурировать с сухими по комплексности органолептики они не смогут.
Гертруда Кузнецова. Фото: © Евгений Колосков
Крепленые вина. Вместе с уходом полусухих и полусладких вин отмечается и снижение актуальности сладких и крепленых вин. Исторические марки портвейнов «777», «Солнцедар», «Анапа» и другие сегодня остаются в прошлом – вместе с общим снижением интереса к сладким и крепленым стилям. При этом в ходе дискуссии отмечалось, что в рамках общего тренда ухода от сахара несколько «несправедливо» снижается репутация качественных российских крепленых вин, которые десятилетиями держали высокий уровень и нередко сопоставлялись с зарубежными коллекционными образцами. Тем не менее общая тенденция отказа от сахара в вине очевидна.
Петнаты. Одной из наиболее дискуссионных тем стало обсуждение моды на российские петнаты (вина, произведенные по методу ансестраль). Участники круглого стола сошлись во мнении, что чрезмерно «натуральные», мутные петнаты уже прошли пик популярности. При этом более конвенциональные стили – «чистые» и менее «анималистичные» – сохраняют свое место на рынке, присутствуя в рознице и на крупных производствах.
Оранжи. Последние 10 лет экспериментов с так называемыми «оранжевыми винами» характеризовались стремлением делать «оранж из всего подряд», как выразилась Гертруда. Производились оранжи «под Грузию», из шардоне и других самых разных сортов, однако сегодня этот стиль выглядит уместным лишь у ограниченного числа виноделов.
«Натуралочка». Неоднозначным, но в итоге принятым участниками круглого стола стало мнение о выходе натуралки из моды в России. Сегодня даже яркие представители этого направления – включая участника дискуссии Арсения Гордиенко, а также виноделов Сергея и Алексея Сердюков и Никиту Абалихина – гораздо осторожнее акцентируют натуральность своих вин. В результате натуралка либо остается частью авторского стиля отдельных опытных виноделов, либо оказывается на периферии рынка.
Слева направо: Дмитрий Евтеев, Дмитрий Малко, Арсений Гордиенко, Данила Иванов. Фото: © Евгений Колосков
«Дубовые вина». Участники в целом согласились с тем, что тяжелые «жирные шардоне» и «пережаренные пино нуары» сегодня уже не актуальны, а их современное проявление – лишь хвост ушедшей моды.
Немодные сорта. За столом эксперты сошлись во мнении, что мода на повсеместную посадку пино нуара в России уже позади; сегодня можно допустить, что эта тенденция, хотя и имеет отдельные успешные примеры, в явной форме себя не оправдала. Аналогичные выводы, следуя мыслям Дмитрия Мережко, можно сделать и в отношении совиньона блан и каберне франа. К 2026 году становится ясно, что ставки на эти сорта (реализованные примерно в 2014-2018 годах) в большинстве случаев не сыграли.
Неактуальные бренды. Дмитрий Евтеев оригинально заметил, что сегодня едва ли «в моде» (если вообще еще производятся) такие вина, как «777», «Улыбка», «Солнцедар», «Черные глаза». Несмотря на то что все они остались в прошлом, сама эта тенденция подталкивает к более сложному размышлению: в современном российском виноделии слабо развита преемственность брендов. Среди немногих «долгожителей», по замечанию Дмитрия, без труда можно вспомнить разве что «Фанагорию» (прочие устойчивые бренды – это, как правило, винодельни с советской или досоветской историей).
«Псевдоевропейский люкс». Период маркетинга российского вина с заигрыванием с франкофонскими или латинизированными элементами (château, артикли, позолота), по итогам дискуссии, воспринимается как уже изживший себя. Этот контекст шире и включает в том числе ориентацию на международные и европейские сорта, которая сегодня, с точки зрения участников круглого стола, во многом утратила актуальность.
Разное. Также были кратко упомянуты и другие тренды, оставшиеся в прошлом: мода на домашнее вино, на редкие и малоизвестные гибридные сорта, а также на красные игристые вина. Последние, впрочем, могут оказаться не до конца реализованным трендом и имеют шанс вновь вернуться в поле актуального.
Слева направо: Евгения Шанская, Дмитрий Мережко, Гертруда Кузнецова. Фото: © Евгений Колосков
Входит в моду
Легкие красные. Тенденция на «тяжелые» вина, отраженная в примере с «жирным шардоне», трансформируется в актуализацию легких красных вин (здесь мой теоретико-социологический «вкус» не может не отметить складную иллюстрацию феномена «сверхдетерминации», описанного Луи Альтюссером: было «тяжелое» и «белое» – стало «легкое» и «красное»). Более того, за столом эксперты согласились, что эта категория становится самостоятельной и затмевает временную моду на вина глу-глу и другие пограничные стили.
Низкий алкоголь. Наряду с актуализацией легких стилистик эксперты отмечают растущий интерес к низкоалкогольным винам – то есть увеличение доли вин с содержанием алкоголя ниже 12°.
Модные сорта. Дмитрий Мережко подчеркнул, что сегодня в моду входят хорошо проявившие себя в российских регионах итальянские сорта – санджовезе, неббиоло, монтепульчано. Их развитие можно связать и с трендом на легкие красные вина. Аналогично были упомянуты сира, алиготе, локальные – особенно ростовские – автохтоны (например, цимлянский черный, сибирьковый, красностоп), проверенные временем селекционные гибриды, а также набирающие популярность грузинские белые сорта (например, ркацители) и саперави. Говоря о саперави, эксперты отметили, что в российских условиях он нередко получается даже удачнее, чем в Грузии, и с учетом распространенности сорта его уже можно считать почти местным.
Дмитрий Мережко. Фото: © Евгений Колосков
Креативные бленды. Говоря о новых тенденциях российского виноделия, участники отметили актуализацию блендов, в которых наряду с международными сортами используются автохтоны. В качестве примера упоминались сочетания каберне совиньона с красностопом или цимлянским черным. Эксперты подчеркнули, что некоторые такие бленды со временем могут стать «классикой» российского виноделия. В свое время по схожему пути развивались, например, виноделы Италии и ЮАР.
«Безалкогольное» вино. Тренд на снижение алкоголя сочетается с ростом интереса к обезалкоголенным винам. Тем не менее в рамках круглого стола отмечалось, что такой продукт, вероятнее всего, находится вне собственно винного рынка, поскольку относится к иной категории и конкурирует скорее с безалкогольным пивом, комбучей и подобными напитками.
Демократизация статуса вина. Дискуссионной, но продуктивной темой стало представление о вине как о более доступном и повседневном напитке, в отличие от его прежнего статуса напитка для особых случаев. Одновременно с этим, как справедливо отметил Арсений Гордиенко, несмотря на демократизацию, в индустрии сохраняется явный запрос на премиальный сегмент, который в российском виноделии развит слабо: даже при наличии спроса и средств в винных картах зачастую трудно найти позиции, сопоставимые с премиальными зарубежными винами. Таким образом, складывается разнонаправленная тенденция – одновременная демократизация и поиск оснований для формирования премиального российского вина.
Альтернативная упаковка. Дмитрий Малко оригинально отметил, что индустрия постепенно может перейти к новым видам упаковки, уже распространенным в Австралии, ЮАР, США и других странах Нового Света. В частности, речь шла о технологии bag-in-box (картонные коробки с внутренним пакетом), которая может оказаться оптимальной как с экономической, так и с экологической точки зрения.
Дмитрий Малко. Фото: © Евгений Колосков
Технологии производства. Бетон, амфоры и керамика становятся все более востребованными и в ряде случаев заменяют дубовые бочки. Также возрастает интерес к использованию локальных дрожжей и к развитию новых дрожжевых культур. Помимо этого, упоминались коферментация и другие экспериментальные подходы как признаки технологического обновления отрасли.
Долина Дона. В частности, Гертруда Кузнецова отметила – и это не вызвало возражений, – что особую актуальность сегодня приобретает регион Долина Дона, который, несмотря на свою историческую значимость, долгое время оставался в тени. Тренд на использование донских автохтонов дополнительно подчеркивает силу этой тенденции.
Вне времени
«Вечные» сорта. Каберне совиньон и рислинг были упомянуты как сорта, которые были и будут оставаться вне моды. В отдельных случаях к ним можно отнести и ряд других популярных международных французских сортов, однако основой остаются именно эти два.
Советские и дореволюционные заводы. Эксперты отметили, что, несмотря на разные этапы развития отрасли, такие хозяйства, как «Новый Свет», «Массандра», «Инкерман», «Абрау-Дюрсо» и другие, по-прежнему сохраняют имя и репутацию, которые выводят часть их вин и отдельных винтажей за пределы моды.
Игристые. Общим мнением за столом стало то, что российские игристые вина также находятся вне моды: они всегда были актуальны и не собираются сдавать позиции.
Слева направо: Дмитрий Малко, Арсений Гордиенко, Данила Иванов. Фото: © Евгений Колосков
Пара слов напоследок
Выше я отметил лишь некоторые основные положения, которые представители индустрии осмыслили в ходе круглого стола о модах в области российского вина. Многие из этих тенденций определенно можно зафиксировать в рамках статистического анализа. Однако понять, какие из них на сегодняшний день (апрель 2026 года) воспринимаются как актуальные и новые, в наиболее живой и доступной форме возможно лишь через единовременное обсуждение с людьми, глубоко погруженными в индустрию и непосредственно на нее влияющими.
Эта заметка, помимо обобщения экспертных взглядов на развитие российского виноделия, представляет собой своего рода «слепок» текущего состояния отрасли – точку отсчета, с которой в будущем, через энное количество лет, можно будет сравнить, насколько изменится рынок, какие прогнозы окажутся точными, а какие – не очень.
Фото на обложке: © Евгений Колосков.